Голос во тьме

Редферн выскочил из кустов, как молодой олень, промчался несколько ярдов по дорожке в ту сторону, где убили вторую девушку, замер и вдруг закрутился юлой, пытаясь что-то высмотреть среди деревьев. Мисс Шеридан убрала щипцы и коробочку в сумку, поманила за собой шар и подошла к наставнику, который опять замер, уставившись на шпили ратуши и кресты собора, которые виднелись над оградой.

– Вы знаете, что здесь было? – Редферн схватил ее за руку.

– До революции? Ну… вроде бы парк для аристократов.

Теперь парк для народа, убивай хоть каждый день – никто не заметит.

– Нет! – нетерпеливо выкрикнул Энджел. – Нет! Раньше! Еще раньше!

– Не знаю, – растеряв весь сарказм, отозвалась Маргарет.

– Это Чертова плешь. – Глаза Редферна возбужденно загорелись. – В конце пятнадцатого века здесь был чумной барак. Люди умирали сотнями на этой самой земле! – Он топнул по дорожке и прошептал: – Расстояние до ратуши и собора; конечно, я помню…

– Вы хотите сказать, – вздрогнула Маргарет, – что мы сейчас стоим на общей могиле?

– Да! Город был гораздо меньше, к ратуше еще не пристроили два крыла, но собор построили уже тогда, видите главный шпиль? – Энджел указал пальцем для наглядности.

 – Даже когда прошло сто лет, нам все равно запрещали… Я помню… – прошептал он.

– Погодите, я запуталась. Какие сто лет? В смысле после чумных бараков прошло сто лет или… – Маргарет поперхнулась; до нее внезапно дошло, что значит его оговорка. – В каком это смысле – вы помните?! Как вы можете это помнить?!

Редферн все еще держал ее за руку, и девушка ощутила, как сильно он дернулся.

Энджел воззрился на нее, словно ребенок, проболтавшийся о шалости, сморгнул и заявил:

– Я очень хорошо помню карты старого города.

Глаза Маргарет сузились. Энджел взбодрился и продолжил:

– Так вот, в конце пятнадцатого века тут был чумной барак, спустя сто лет – Чертова плешь, где никто не рисковал строиться, а в конце семнадцатого столетия некий слабоумный градоправитель разбил на этих землях парк.

О чем нам это говорит?

– О том, что кто-то заврался.

– О том, что когда-то здесь умерло в муках так много людей, – не поддался на провокацию Энджел, – что грань между той и этой стороной истончилась. И возможно… возможно… – Он прикусил губу и зашептал: – Да нет! Не столько же времени… или он тоже пережил… но если так, то где тогда дыра?..

Маргарет осторожно нащупала на его запястье пульс.