Холодный огонь

– Спит?! В два часа дня?!

– Да, сэр.

– Так разбудите его! Расследование не ждет!

– Не могу, сэр, – холодно ответил дворецкий, всем своим видом показывая, что проблемы полицейского департамента его не касаются.

– Еще как можете, – отрезал Бреннон. – Вам тут не бирюльки, а четыре трупа. Живо, живо!

– Сэр! – вознегодовал дворецкий. Захлопнуть дверь он не успел – комиссар сунул между створкой и косяком трость и, пользуясь ею как рычагом, решительно отжал дверь. При этом он подивился тому, насколько тяжело оказалось преодолеть сопротивление такого худощавого парня.

Не будь в трости скрытого клинка, сломалась бы… – Вы не имеете права!

– Имею, имею. – Бреннон втиснулся внутрь. – Где спальня?

В черных глазах молодого человека уже загорелись огоньки, как вдруг на сцене появилась собака. Пес встал на лестничной площадке, смерил комиссара долгим оценивающим взглядом и громко сказал:

– ВУФ.

Пол под ногами Натана вздрогнул, стекла в окнах зазвенели, посуда в буфете ответила им жалобным дребезжанием.

У Бреннона зашевелились волосы под шляпой, и он едва не вылетел вон из дома, подстегнутый паническим страхом. На него еще ни разу не накатывал такой ужас, даже когда он первый раз бежал в атаку. Очнувшись, комиссар осознал, что прижался спиной к двери и выхватил из трости шпагу. Пес смотрел на него с любопытством и некоторым удивлением, склонив башку набок.

– Прошу следовать за мной, сэр, – пригласил дворецкий.

Бреннон резко повернулся и успел заметить саркастичную усмешку на его лице. – Будьте добры убрать оружие, сэр.

– Угу, – мрачно отозвался комиссар и впился взглядом в эту невозмутимо-наглую физиономию. Она оказалась узкой и смуглой, с тонким прямым носом, высокими скулами и черными бровями. Левая бровь была рассечена надвое.

Но едва дворецкий отвернулся, как его лицо мгновенно испарилось из памяти Натана.

Да что за черт?!

Дворецкий поднялся по лестнице.

Следуя за псом, он довел Бреннона до спальни, распахнул дверь и объявил:

– Комиссар Бреннон, сэр.

Ответом была тишина. Плотные шторы оказались задернуты, полог кровати – опущен. Комиссар кашлянул, но дворецкий не шелохнулся. Натан вздохнул и отдернул полог.

– Рота, подъем! – рявкнул бывший ротный во всю мощь.

Консультант взвился над кроватью, словно подброшенный пружиной.

– П-п-почему вы тут так?.. – выдавил он, едва приземлившись.