Холодный огонь

– Я ему запрещу практиковаться на вас, – покраснев, пообещал Лонгсдейл. – Простите. Мне следовало раньше…

«Значит, не померещилось», – подумал Бреннон. Парень действительно его загипнотизировал. Слава богу, старческие провалы в памяти еще не начались. Но зачем Рейдену так защищать хозяина? Или дворецкий опасается за собственные темные делишки?

– Давно он у вас?

– Кто?

– Рейден. Он сказал, пять лет. Верно?

– Может быть, – рассеянно отозвался Лонгсдейл, достал маленькую лупу из чехла и принялся изучать какую-то улику, прикрепленную к делу.

– Вы ему доверяете?

– Кому?

Бреннон взял паузу, чтобы подышать. Он всегда считал себя терпеливым человеком, но Лонгсдейл мог за считаные минуты довести до припадков даже святого. К счастью, в дверь постучали, и в комнатку сунулся дежурный:

– Сэр, вы заняты? Мистер Бройд вас ждет.

– В чем дело?

– Опознали вторую жертву.

– Кит Маккарти. – Бреннон положил на стол шефа папку. – Одинокий старик шестидесяти восьми лет.

Ранее был врачом. Сдавал дом на Корнахт-стрит. Его хватились жильцы, семья судебного пристава Эллиота Хьюза. Когда Маккарти не явился за квартплатой, они забеспокоились, стали искать его родичей и в конце концов заявили в полицию.

– Корнахт-стрит… что эта тварь делала так далеко от озера?

– Питалась, – мягко сказал Лонгсдейл. Шеф полиции метнул в него грозный взор.

– Как вчера?

– Это было очень глупо, – признал консультант.

 – С вашей стороны.

Бройд побагровел. Бреннон кашлянул, но Лонгсдейл презрел намеки:

– Мне пришлось охранять вас, вместо того чтобы преследовать нежить, а заодно следить, чтобы вы не вышли из дома.

– По-вашему, мы малые дети?! – громыхнул Бройд.

– Вы думаете, она бы вернулась нас добить? – спросил Натан, стремясь разрядить обстановку.

– Нет. Вряд ли.

– Тогда какого черта!..

– А почему вы считаете, – меланхолично осведомился консультант, – что это единственная нежить в городе?

Бройд шлепнулся в кресло, как мешок с картошкой.

– Так их что, много?!

– Нет, именно эта – одна. Но есть множество других существ, нуждающихся в жизненной силе, крови или плоти.

Шеф полиции ослабил галстук и пробормотал:

– Понятия не имею, что меня больше шокирует. Наверное, мысль о том, что для кого-то весь город – это сервированный к обеду стол.

Он нашарил в ящике флягу с виски, стаканчик и налил.