Тигры Редфернов

– In ignis! – прошипела Маргарет, указав на баллон. Тот полыхнул и взорвался.

– Дэм-хати калиб[3 - Разорви сердце (халифат.).]! – рявкнул Энджел. Его голос был приглушен из-за мешка, а защитный амулет не дал заклятию сработать в полную силу. Но все же вцепившийся в него гад засипел, дернулся, сплюнул кровью, и Редферн вырвался, сдернул с головы мешок и отбил удар палки шпагой. Глаза у него были зажмурены, веки опухли и покраснели, из-под них текли слезы. Бандит с палкой кинулся Энджелу в ноги и повалил наземь.

Маргарет выхватила из кобуры «Мяу» и выстрелила: сперва в того, кто навалился на Энджела, пытаясь добраться до горла, потом – во второго, кашляющего кровью. Первая пуля угодила нападающему в руку, вторая – просвистела над головой его товарища.

Внезапно мужик, которому девушка врезала по голове, очнулся и захрипел:

– Валим! Оставь ты этого выродка! Бежим!

Он вскочил и бросился к карете. Маргарет метнула в его сообщников огненный шар, и они наконец побежали, оставив Энджела.

Самый шустрый уже вскарабкался на козлы, оскальзываясь в крови кучера. Девушка приземлилась около наставника. Энджел, дрожа, приподнялся на локтях, и Маргарет подхватила его, подставила плечо. Редферн оперся на нее, сгреб пыль в горсть, забормотал длинное заклинание и пустил ее по ветру.

По земле зазмеилась пылевая поземка, шлейфом протянулась за каретой, которая стремительно уносилась вдаль. Поземка на глазах превратилась в буран, догнала карету и оторвала от земли. Постромки лопнули, и четверка лошадей, визжа от страха, помчалась прочь, волоча за собой оглобли.

Энджел сжал кулак. Буран сдавил карету, раздался хруст, несколько отчаянных воплей, и пыль затянула все целиком. Спустя несколько секунд буран выплюнул бесформенный ком и рассеялся. Энджел тихо выдохнул и, закрыв глаза, тяжело навалился на Маргарет.

* * *

Мисс Шеридан сняла компрессы с век наставника и спросила:

– Можете открыть?

Слипшиеся от слез и полужидкой мази ресницы приподнялись.

Девушка промыла его глаза мягким тампоном, смоченным в настое трав, закапала три капли красноватого снадобья и наложила свежие компрессы.

– Спасибо, – сказал Энджел. Он лежал на диване в своем кабинете, куда Маргарет доставила его с помощью безмолвного Хосе – кучера, садовника и единственного слуги на вилле, который теперь уже занялся тремя трупами.

Тем временем Редферн сперва напряженно и почти недовольно ерзал, но потом понемногу расслабился.