Путешествуя с мёртвыми

Телеграмму, заставившую ее спешно упаковывать чемоданы и, наскоро соврав что-то слугам, ехать в Лондон, чтобы найти там того, кто сидел сейчас перед ней на краешке стола, а самый маленький из его питомцев – гибкий дымчато-серый котик – терся об ее ноги.

Исидро взял вторую депешу:

«ОТБЫЛ ИЗ ПАРИЖА ТЧК АДРЕС ЭППЛЕР В ЗАПИСНОЙ КНИЖКЕ

    ДЖЕЙМС»

– Здесь он более осторожен в выражениях. – Вампир вновь поднес бумагу к губам. – Вы заглянули в эту записную книжку?

– После того как расшифровала послание – да.

Лидия машинально нагнулась, чтобы погладить кота. Исидро сидел, обхватив обеими руками колено. Длинные ногти вампира обладали странным глянцевым блеском и выглядели более толстыми, чем человеческие. Похоже на хитин. Но прямо спросить джентльмена о химическом составе его ногтей, наверное, было бы крайне бестактно.

– Видите ли, «записная книжка» – это что-то вроде кода, – объяснила она. – Миссис Эпплер здесь вообще ни при чем. Это мать одного из студентов Джеймса, проживающая в Ботли – примерно десять миль от Оксфорда.

В записной книжке на букву «Э» она идет второй сверху. У Джеймса всегда при себе дубликат этой книжки. Существует простой шифр, когда каждая буква алфавита заменяется следующей по порядку. Я посмотрела страницу на F, а там на второй строчке – венский адрес Фэйрпорта. Кстати, телеграмма отправлена из Мюнхена в час сорок дня во вторник.

– С той же легкостью вы нашли и меня?

Лидия запнулась, не решаясь лгать. Первый страх миновал, но опасность была еще велика.

Она понимала, что, не умей Исидро располагать к себе людей, он бы умер от голода три столетия назад.

Главные страхи – еще впереди.

– Я знала про этот дом, – наконец сказала она. – В теории. Я составила список предполагаемых жилищ вампиров для Джеймса, когда он был… Ну, словом, работал на вас.

Легкая морщинка залегла в уголке рта, чуть заметно дрогнули ноздри.

– Стало быть, австрийская разведка завербовала Фэйрпорта еще тогда, – сказал Исидро.

 – Статью, где Кароли упоминается в качестве спонсора, они проморгали. Впрочем, это неудивительно, если учесть, что в те времена творилось на Балканах и во Франции. А вот впоследствии Фэйрпорт, очевидно, уже и сам знал, что не стоит оглашать имя своего патрона.

– И это означает, – спокойно сказала Лидия, – что Джеймс сам идет в западню.

Исидро по-прежнему хранил неподвижность, телеграмма в его пальцах не шевельнулась ни разу.