Мир Сказочной Нечисти

Я сразу вспомнил про дело Адель и с грузом на сердце решил, что лучше будет рассказать моему отцу сейчас, чем, дрожа в своей комнате, ждать его прихода домой со злосчастной запиской в руках. Хуже уже не будет.

Я сразу двинулся в сторону кладбища, постепенно ускоряясь на бег.

– Чувак, ты куда?! – крикнул мне вслед Сой, начиная бежать.

– Я хочу рассказать ему о печальной новости, сам знаешь какой. – Я начинал потихоньку задыхаться от волнения и бега.

Силуэт отца слегка щипал глаза, заставлял живот скрутиться.

– Понял, – наконец притих друг, жмурясь от порыва встречного ветра.

К счастью, пока мы бежали, папа как раз заканчивал обряд, и люди принялись закладывать гроб в землю, пуская слышные всхлипы. Мы с Сойером подождали ещё минут десять, а потом, когда папа уж точно всё закончил, глубоко вздохнув, подошли к нему.

– Здравствуй, пап…

– Здрасьте, мистер Смит.

– О, ребята, добрый день, – поздоровался с нами папа, закрывая старый молитвенник.

Я молчал. Мне тяжело было вот так ни с того ни с сего его расстраивать. Ноги дрожали, глаза стали влажными.

– Вы что-то хотели? – спокойным тоном спросил отец.

Неловкую тишину прервал Сойер:

– Да. Сэль хотел рассказать вам кое-какую новость. Точнее показать…

Глаза отца сразу расширились, а рот немного приоткрылся.

– Какую, Сэль?

– Ну, в общем… – Сэль, соберись! – Я видел сегодня нашего детектива, и он попросил передать тебе кое-что.

Я глубоко вздохнул, глядя в обеспокоенные карие очи своего отца. Раскрыв печальное письмо вновь, я послушно передал папе в руки. Коленки задрожали, влажные губы обветрил осенний ветер. Я еле сдерживался, чтоб не разреветься снова, пока отец читал записку, промокшую от капель соленых слез. Некогда спокойное лицо позеленело, жилистые ладони вцепились в края записки. Казалось, что некоторые черные пряди поседели. Сойер сощурился, а я даже не мог сглотнуть.

– Не может быть… – вдруг произнес тихо папа, – я попробую уговорить его снова, чтобы ещё раз всё осмотрели.

– Нет, пап. Ты же прочитал, что полиция больше не возьмётся за поиски, – сухо проговорил я, – это бесполезно.

Папа молчал. Повисло удушающее напряжение, давящая на виски тишина. Я тоже замолк, переваривая строчки записки. Не мог еще смириться.

– Сынок, давай поговорим об этом дома. Ты и Сойер, идите по домам, я всё решу, – сохраняя серьёзный вид, ответил он.