Не отпускай моей руки

Что же он его потерял, что ли? Глупости! Он у них, он у Годвина…

– Нет!

Графиня резко дёрнула подбородком, сверкнула карими глазами на своего советника. Она не хотела верить здравому смыслу, не хотела мириться с тем, что случилось.

Конечно же, Арольд не мог потерять письмо, она приказала горничной зашить его в подкладку плаща. Так что да, хочется ей этого или нет, но придётся признать: её сын, её Арольд, её маленький граф в руках этого ненавистного Годвина, будь он проклят!

– И чего он хочет? Дай! – Она протянула руку за письмом в руке советника.

– Приглашают на переговоры… – Барон Киарт нахмурился озадаченно. – Что он там просил у нас в прошлый раз? Земли вдоль Иссы, по-моему. Думаю, на этот раз он будет просить больше, ещё и выкуп за Арольда потребует. Хороший выкуп… Положение у них на этот раз выгоднее, чем у нас, что ни говори.

Графиня читала письмо, написанное титулованным врагом собственноручно: она узнавала его чёткий ровный почерк. Что-что, а в таком деле граф Годвин не доверял секретарям, обычно он сам писал.

– До чтоб тебя, Годвин! – Графиня Эйвин отшвырнула письмо на стол, заваленный документами, его на пол бросать она не стала, как первое, своё.

Стояла, стиснув кулаки, скрипела зубами от досады, думала. Да, ситуация не в их пользу, это точно. Её сынок, её мальчик у них, он в плену. Они мучают его, делают ему больно, они только на это и способны. Годвин – жёсткий человек, непримиримый, он никогда не пойдёт на уступку.

Выкуп? Да, выкуп – это хорошо, если граф ещё предложит его.

– Что будем делать? – подал голос барон Киарт. – Соглашаться на переговоры? Что нам остаётся…

– Нет! Я не собираюсь с ним разговаривать!

– Не собираешься?!

– Мы подождём баронов с севера и снимем осаду, мы разобьём его войска и освободим Орант…

– А Арольд? Он же у них в руках…

– А потом будем разговаривать об Арольде.

– Они убьют его, Эйвин.

– Он – сын графа, он – мой сын, он – наследник Оранта. Годвин не посмеет убить его!

– Ты уверена? – Барон Киарт нахмурил тёмные брови и смотрел на графиню с сомнением.

– Конечно! Он же – граф, он не посмеет, он не позволит себе причинять боль равному. Он же человек чести.

– Ну, не знаю… – Барон повёл подбородком.

– Сегодня ночью надо послать гонца на север, пусть местные бароны поторопятся.