Дорогая княжна

Это место словно по капле выпивало ее эмоциональные силы. Эвелин прислушалась к ощущениям, но чужая душа так же подавленно молчала. Думы были исключительно невеселые. И чем она тут будет заниматься? Шарахаться от всех подряд, памятуя о словах Атрея? Чем вообще должны заниматься великосветские дамы? С томным видом бродить по саду, обмахиваясь кружевным веером? Перечитывать в тысячный раз одну и ту же книгу, находя в ней новые прелести? Или кокетничать с абсолютно неприятными придворными? Впервые за все время нахождения в этом проклятом мире Иви очень захотелось разреветься.

И чтобы пожалели.

Своевольная слезинка все же сбежала по щеке. Выдохнув, Иви смахнула ее резким движением.

Когда она разобралась с постелью и, как могла, привела себя в порядок, вернулась Ирада, приведя с собой еще несколько женщин.

Молча поклонившись Эвелин, они принялись за работу. Одна из девушек принесла кувшин чистой воды для умывания. В полной тишине служанки помогли Иви переодеться, и тут ее ждало первое удивление: в наряде не было ни удушающих корсетов, ни гигантских, неподъемных подъюбников, из-за которых сложно было держать равновесие.

Костюм состоял из тонкого исподнего и верхнего платья из очень приятного материала, которое по сравнению с блистательными – пусть и одинаковыми – нарядами Сен-Рур было совсем простым.

Девушки ловко собрали волосы Иви в аккуратную прическу и повязали на лоб очелье с жемчужными нитями, спускающимися к плечам.

За все это время ни одна не проронила ни слова.

А Иви, не зная, можно ли ей с ними заговорить, гадала – это они были солидарны с Ирадой или в Тей-Леа в служанки набирали исключительно немых?

Когда приготовления закончились, Ирада жестом пригласила девушку следовать за собой. И Иви снова покорно шла по коридорам навстречу неизвестности. В какой-то момент она поняла, что сейчас была бы рада Атрею. Не сказать, что она соскучилась, но за долгие дни их путешествия она привыкла к его молчаливому присутствию.

Ирада привела Эвелин в большой зал, который, судя по столам с угощениями, служил столовой. И в зале – о ужас! – была толпа народа. Придворные, вассалы, советники – все обернулись к Иви. И в этих глазах она читала любопытство, презрение и снисхождение. Никто не пытался ей помочь, подсказать, куда она могла бы сесть, и она глупо стояла в дверях, абсолютно растерявшись.

– Здравствуйте, – выдавила из себя Иви, теребя пальцы. Мужчины молчали.