Дорогая княжна

Она слышала странные напевы на неизвестном языке, видела в тумане какого-то мужчину, но не могла четко разглядеть его лица. А бубен все бил и бил.

Глава 5

Проснулась Иви поздно утром совершенно подавленная и с твердым осознанием, что опасается за свою жизнь. Когда в комнату вошли молчаливые служанки, она попросила остаться Ираду и выгнала остальных. Меньше народа – меньше шансов оказаться у кого-то под ударом.

Свесив ноги с кровати, Эвелин наблюдала, как служанка возится с камином. Рано или поздно ей предстояло снова встретиться с Атреем, и это почему-то смущало.

После завтрака – который ей, кстати, принесли в комнату, – пришла швея. Сняла мерки, предложила ткани на выбор. Иви даже на секунду выпала из омута переживаний, разглядывая нежный бархат, мягкую шерсть и шелковистую бязь. Такого богатства она не встречала ни в Сен-Рур, ни на Земле.

В конце обсуждения – а продлилось оно почти до самого обеда – швея оказалась завалена работой на несколько недель: кроме повседневных нарядов Иви попросила еще пару халатиков, ночных рубашек и комплектов белья.

Обед она провела в полном одиночестве. Из комнаты не выходила, боясь даже высунуть нос и попасться на глаза князю Унгару. Но после обеда все же поинтересовалась у служанок, где она может найти Атрея. Одна из девушек сухо посоветовала посетить конюшни.

Иви так и сделала. Побродив по коридорам в поисках выхода, она все же попала во внутренний двор.

Атрея она нашла на удивление быстро: возле небольшой беседки он возился с собакой.

– Привет. Ты занят? А то я уж решила, что ты просто не хочешь со мной разговаривать.

Атрей поднял на нее глаза. Воспользовавшись тем, что он отвлекся, собака взвыла и бросилась на него с новой порцией вдохновения, но мужчина резко вздернул руку с поводком вверх, не давая зверю дотянуться.

– С чего ты так решила?

Иви удивленно взглянула на него и зарделась:

– Это все из-за меня, да?

Мужчина приподнял брови в молчаливом вопросе.

– Если бы ты не привез меня, ничего бы не случилось…

Атрей хмыкнул и снова переключил внимание на собаку.

– Ты тут ни при чем. И твоя выходка вчера… Это было очень неразумно. Но я ценю это. Правда.

Девушка в изумлении вскинула голову, чувствуя, как щеки снова заливает краска, в этот раз – от чувства стыда. В ее порыве не было ничего благородного: в ней просто говорили страх и малодушие.