На свои круги

Баронесса Доргская пыталась утешить её, думая, что вся эта мука от болезни.

– Потерпите, миленькая Ания, сегодня вас осмотрит врач, мы вызвали монаха – лекаря из монастыря святого Луки, он скоро придёт. Только не отчаиваетесь, не падайте духом, не сдавайтесь. Господь поддержит вас, он придаст вам сил.

Ания тяжело открыла глаза и смотрела в вышитый полог кровати. Зелёная веточка, извиваясь, создавала узор, яркие ягодки рябины, вышитые гладкими стежками, были созданы много лет назад аккуратными и неторопливыми руками мастерицы.

«Он уедет. Он уедет, и я даже не попрощаюсь с ним. Я никогда не увижу его больше. Я останусь с этим старым извергом одна, я должна буду терпеть его, а ты будешь где-то далеко…»

Ания снова закрыла глаза и спрятала лицо в одеяло. Весело трещали дрова в камине, из окна пробивался тусклый зимний свет. Всё это не грело душу, наоборот, ощущалось одиночество. За окном зима, январь. А ведь она так ждала этого нового года! Ждала нового, а всё стало только хуже, ещё хуже, чем было.

Он уедет! Уедет!

Вспомнилось, как он звал её с собой, как хотел бросить всё здесь, и предлагал уйти с ним. Она отказалась тогда, чтобы не мешать ему…

И вдруг безумная мысль родилась в голове: «Я должна увидеть его! Я должна попрощаться с ним!»

Эта мысль теперь не давала покоя, она стучала и стучала в мозгу. «Я должна, я не могу не увидеть его…» Только надо дождаться ночи, когда все лягут спать, когда не будет слуг, когда заснёт даже эта старуха-камеристка.

«Быстрее бы прошёл день…» Но быстро ничего не делается. Сначала пришёл местный врач, он никогда Ании не нравился. Задавал вопросы, щупал лицо, горло, проверял под нижней челюстью. Пустил кровь, с чем Ания не согласилась, но её никто не слушал. Приказал поить побольше глинтвейном и отваром ягод с мёдом. После кровопускания и бокала горячего глинтвейна Ания почувствовала такую слабость, что тут же провалилась в сон.

Проснулась и долго лежала, не шевелясь, слушала, что делается вокруг.

Ания приподнялась на постели и огляделась. Камеристки не было. Может быть, сегодня не её очередь дежурить рядом с больной баронессой? А баронесса Марин придёт позже? Сколько сейчас времени?

Она была одна, на столике и на каминной полке горели свечи. Тишина.