Влечение. Мой опасный босс

В восемь двадцать ее обычно забирает мой водитель. Почестей многовато для просто помощницы, но когда я понял, что вовремя приходить на работу ей не дано, вариант был только один. И он не изменился. Изменилось что-то внутри меня.

Я какого-то хрена приехал сам. Поговорить, дать ей отгул. И какого-то хрена привез с собой два стакана кофе и… вафли. Бельгийские, ароматные, большие… Как ее сиськи. Почему-то вспомнилось сразу о них. Такое себе сравнение, но, если быть до конца честным хотя бы с собой, сиськи Евы я хотел куда сильнее вафель.

Другое дело, что шансы получить желаемое стремятся к нулю, а вафли я купил сам.

Замена не равнозначная, но на безрыбье и рак рыба.

– Мне вас подождать? – спрашивает водитель.

– Все, как всегда, Олег. Считай, что ты просто приехал за Вересовой.

– Хорошо.

Никогда в жизни не пасовал. Сколько себя помню, уверенно пер напролом практически в любом деле. Так и вышло добиться того, что отец оставил мне компанию. Доверился, и я не подвел, а сейчас перед подъездом Вересовой медлю.

И эта медлительность оборачивается тем, что первым в дверь подъезда заходит вчерашний мудила.

Я же… я остаюсь за бортом, потому что даже кода домофона не знаю и Олег, конечно, тоже. Он ни разу не поднимался к Еве, только ждал ее в машине, припаркованной у дома. Так я бы стоял с этими вафлями и кофе, если бы не бабушка, что вылетела из двери парадной. На радостях я был готов вручить ей вафли, но решил забрать их с собой. Лучше уж задобрить Еву, чем наградить рандомную бабушку за то, что она сделала милое дело, о котором даже не подозревала.

Поднявшись на нужный этаж, застаю картину маслом, а точнее мудилу в пальто под дверью. Внутрь то ли Ева его не пропускает, то ли ее снова нет дома. Мудила сразу меня замечает и кривится, словно ему говна под нос подсунули. Явно моим появлением недоволен, но это чувство, надо заметить, обоюдное.

– Не открывают? – начинаю разговор с вопроса.

А до самого вдруг доходит! Раз он здесь, значит в квартире не ночевал. А раз Вересова не открывает дверь, хотя сто процентов дома, значит они поругались.

Ну блеск же! Расплываюсь в ехидной улыбке.

– А вы здесь что забыли, уважаемый? – спрашивает и сжимает челюсти, когда замечает в моих руках коробочку с вафлями и подставку с кофе.

– Проснулся пораньше, подумал, что давно не благодарил Еву Евгеньевну за ее бесценный вклад в мое дело. Меня, знаете ли, очень тяжело терпеть, а она, считайте, сутками на мне, то есть подо мной… Я имею в виду, на меня, пашет.