Мечты и свидания

Его лицо с точеными чертами было мрачным, когда он брал у нее распечатку.

– Из бухгалтерии уже прислали перспективные оценки прибыли? – спросил он, просматривая расписание.

Еще цифры. Очевидно, он просто одержим ими.

– Пока нет, – ответила она.

Подняв голову, он встретился с Лиз взглядом. У нее перехватило дыхание. Синие глаза ее босса, обрамленные густыми черными ресницами, блестели как два сапфира. Несправедливо, что у этого холодного и неприветливого человека такие красивые глаза.

– Передайте им, что электронное письмо с последними данными нужно мне к десяти часам, – сказал он.

 – Мне нужно просмотреть их перед моей дневной встречей.

– Хорошо, сэр.

Она повременит с плохими новостями до тех пор, пока он не зайдет в свой кабинет. У Лианны, секретаря бухгалтерии, случится истерика, которую ей придется выслушивать.

– Я также ожидаю пакет из «Синхуа Пейпер», – продолжил он. – Принесите его сразу, как только он прибудет.

Изложив свои требования, ее босс направился к двери своего кабинета.

У Лиз вспотели ладони. Если она не сделает этого сейчас, то ей придется ждать до завтра.

– Мистер Бишоп… – начала Лиз.

Остановившись на полпути к двери, он повернулся, и у нее снова перехватило дыхание.

– Да?

– Вы не могли бы уделить мне несколько минут? Мне бы хотелось кое-что с вами обсудить.

Он нахмурился:

– Что-то случилось?

– Нет, ничего не случилось. Я просто хотела кое о чем вас попросить. Это касается работы.

– Хорошо, – сухо ответил он.

 – Пройдемте в мой кабинет.

Его кабинет. Прошло уже три месяца, но она еще не привыкла к тому, что он так называет помещение, которое когда-то занимал его отец. Всякий раз, когда Лиз переступала его порог, она получала неприятное напоминание о том, что Рон Бишоп больше никогда сюда не вернется. При жизни Рона на полках в кабинете исполнительного директора стояли фотографии, на которых были запечатлены памятные моменты его жизни. Там были снимки, сделанные во время корпоративных торжеств, благотворительных приемов и отпусков.

На нескольких из них Рон играл в гольф на Бермудах, на одном – жарил гамбургеры на гриле, еще на одном – болел вместе со своими подчиненными за любимую баскетбольную команду.

Но среди них не было ни одного фото его сына.

Чарльз убрал все фотографии в день своего приезда. Единственной личной вещью, которую он принес в кабинет, была дорогая кофемашина в углу. Если он завтра уедет, о нем ничто здесь не будет напоминать.