Просто фанатка

Букет я бы принял сам, но сердце Марты, увы, оставалось глухо к деликатным чудесам природы.

– Ладно, неудачники, – обратился к нам Максим с видом абсолютного превосходства. – Вашими посредственными подарками только крестьянок впечатлять. Есть у меня одно соображение на этот счёт, но предупреждаю, затея не для слабаков, – с вызовом обвел нас взглядом маг огня.

Соображение, раскрытое нам Максимом пару минут спустя, как оказалось, принадлежало вовсе не ему, а его отцу. Давным-давно, ещё в студенческую пору, он, как и мы, вознамерился удивить девушку.

Прослышав, что при музее академии имеется тайная комната, где прячут опасные артефакты подальше от любопытных глаз, он решился проникнуть туда и умыкнуть один, чтобы вручить понравившейся красавице на день-другой, а после вернуть, оставив у предмета обожания неизгладимое впечатление о собственной лихости и храбрости.

– Ничего себе! – воскликнул Григорий, поднявшись от волнения на ноги. – И сработало?

– Сработало.

Ему даже удалось проникнуть внутрь, будучи никем не замеченным, – Максим потёр ногти о собственный сюртук, будто это ему, а не его отцу, посчастливилось проникнуть в тайную комнату, – но вот вернуть предмет не вышло, – скромнее закончил он.

– Значит, всё-таки поймали? – спросил Кирилл, выглядя не менее заинтересованным.

– Дело не в этом, – покачал головой Максим и снова опустился в своё кресло. – Девушка отказалась возвращать подарок. Отец принёс ей чудо-зеркальце, умевшее нахваливать прелести смотрящего, ни разу не повторившись в выражениях.

Та была очарована, и влюбилась не в отца, но в артефакт, наотрез отказавшись с ним разлучаться. Отец уговаривал её несколько дней кряду, а после сдался и пошел каяться к декану, ведь рано или поздно пропажу бы обнаружили и тогда бы ему не поздоровилось. Его бы нашли по магическому следу.

Действительно. Если чародей применял магию, его бы отыскали по оставленному магическому отпечатку – такой след уникален.

Он бы легко привел к своему владельцу и тогда – пиши пропало.

– Зеркальце было возвращено на место, – продолжал рассказывать Максим, – отцу сделали суровый выговор и назначили наказание, но поскольку красть он ничего не намеревался, а просто продемонстрировал дурость в самом ярком своём проявлении, исключения из академии удалось избежать.

Дед любит вспоминать эту историю, раскуривая трубку. Отец злится – мне кажется, ему стыдно за то приключение.