Ночь всех проверит

Обстановка помещения устарела, но была элегантно красива, как все, что сделано на заре межгалактических перемещений. В центре пустого, в общем-то, кабинета стояла пара легких сидений, тоже украшенных орнаментальным тиснением, да перед ними в полуметре от пола зависла на прозрачном постаменте подставка для стержней многоканального голографического кубо-кубо.

Тимоху дали понять, что это – архив, хранилище данных.

Кубо-кубо плеснул цветами спектра, и патрульный увидел, как кабинет до отказа заполнился изображениями.

В воздухе густо ткались голограммы девушек и женщин, занятых работой где-то, возможно, по всем палубам корабля.

Тимох определил «Галеру» как гигантскую швейную мастерскую. Выбирая картинку и увеличивая ее, он разглядел символы планет, сопровождавшие изображения работниц. Оказывается, Ксантиппа имела доступ к данным, собранным со всех населенных миров.

– Наши швейные производства, – скупо промолвила неразговорчивая госпожа Ксантиппа. – Что конкретно вы хотите узнать, офицер?

– Я хотел бы понаблюдать за работой девушек…

– Вы хотите наблюдать или вникнуть?

– У вас найдется оборудование для быстрого погружения в суть дела?

– Я легко могу это устроить, офицер, – с легким пренебрежением пожала плечами госпожа.

 – Но зачем вам?

– Ищу дело по душе… – осклабился Тимох и понял, что неприятно уязвил главную белошвейку. Теперь отступать некуда. Он скрепился и настоял на том, чтобы его ввели в суть производства одежды.

Ксантиппа кивнула, причем Тимоху померещился злорадный блеск в ее глазах.

Она потребовала разуться и обнажить ступни.

Перспектива разуться смутила патрульного, он не привык видеть ноги вне пилотских ботинок. Пилоту, как мальчишке, захотелось сбежать, но он сдержался и стал выполнять распоряжение госпожи: щелкнул замками на щиколотках, затем расшнуровал и стянул с ног офицерские берцы.

Ксантиппа водрузила ему на голову глубокий закрытый шлем, поднесла небольшой баллон и распылила сенсорные датчики.

Микродатчики с едва ощутимым электрическим покалыванием облепили тело пилота, особенно густо приклеившись к кистям рук и ступням. Инициатива патрульного капитана закончилась тем, что Тимоху довелось пережить смену за швейной машиной, лишь после этого, и ни минутой раньше, симулятор оставил в покое его мозг.

Он сначала неловко, но потом все более сноровисто подавал раскроенные заготовки под иглу, прокладывая строчки разного вида и назначения.