Страна Нави

– Это – будущее оранжевое золото! Как же ты не понимаешь! – Марта повертела косточку в руке и обратилась к отцу: – Саго, ну хоть ты скажи!

– Сэм, оставь ее в покое, – тихо-мирно ответил Саго. – Марта может изобретать и верить во все, что угодно, пока это не затрагивает тему колюще-режущих предметов.

Марта хитро боднула отца в бок. Сэм воздела глаза к небу, вопрошая, за что ей на голову свалились эти оторванные от жизненных реалий мечтатели.

Тем временем семья Крафт наконец добралась до выхода из аэровокзала, теперь все трое недоуменно и немного испуганно смотрели вниз на панораму ночного Яви.

– Как-то здесь… мрачновато, – осторожно заметил Саго.

Все небо над ними было покрыто стеной туч разнообразнейших оттенков фиолетового. Облака подсвечивались внутренними вспышками молний и, казалось, освещали город более основательно, чем свет уличных фонарей, словно пульсирующая патока разлитый по склонам холмов под ними. Бледно-желтые огоньки домов слабо мерцали то тут, то там, навевая дрему.

Марта зевнула.

– Надо найти фуникулер, – пробубнила Сэм слегка озабоченно и куда-то убежала.

– Надо найти капитана корабля! – воскликнула Марта и засеменила обратно ко входу.

Но была перехвачена Саго.

– Мы не полетим обратно, наш дом теперь здесь! – произнес он немного более патетично, чем хотел бы.

Марта подозрительно приподняла бровь и хмыкнула.

– Я и не думала об этом. Просто хотела поблагодарить его за хорошую посадку. – Марта улыбнулась.

Саго смутился и выпустил руку дочери.

Наказав той вернуться ровно через пять минут, он надолго задумался о необходимости держать язык за зубами, что касалось разговоров с дочерью. Она – не Сэм, ее замечанием о новом выходном платьем соседки с темы не собьешь.

Саго стоял на смотровой площадке, смотря на пурпурные тучи, думал о собственной чрезмерной болтливости – и вздрогнул от неожиданности, когда тяжелая рука жены опустилась ему на плечо.

– Если ты скажешь, что опять потерял нашу дочь, Саго, клянусь, в следующей жизни я все-таки в тебя не влюблюсь.

Марта увидела его, как только закрыла за собой дверь с табличкой "Вход воспрещен". Замеченный ею мельком на дирижабле мужчина в черно-белом костюме, с хмурым лицом и запястьями, увешанными оберегами, буравил ее сейчас хмурым взглядом.

Марта сделала реверанс и лучезарно улыбнулась, копирую звездную улыбку матери.