Мечом и словом

Ей пришлось тесниться на заднем сидении автомобиля дяди Игоря с Васей, Варей и Викой. Эти трое спорили, смеялись, рассказывали что-то друг другу, но Вера не участвовала в их беседах. Наверное, так было лучше для всех – она понимала, что раздражает их, что никто в этой машине, кроме Агора Аркануа не хочет, чтобы она была здесь. Она и сама не знала чего желает – возвращение в Эрдарию для нее представлялось спорной авантюрой. Свежи еще были воспоминания о тех временах, которые выпали на ее участь – и блеск хрусталя в замке Эрдинвиль на Терегонне, и шелестящий голос Шлакисса Шасса, и взгляд лорда Виталика, когда его под руки уводили из Гиацинтовой залы, и морская баталия на фрегате князя Аркануа – «Колком Вихре».

Но и в этом мире ей было горько – зимой родители Веры развелись и чудесная сказка, в которой она жила все свои тринадцать лет в одно мгновение оборвалась. Она никогда не видела, как отец с матерью ссорятся и ей все время казалось, что если и есть идеальная семья на свете, то она живет в ее доме. Но оказалось, что крепкие отношения родителей, это лишь ширма, которой оба они прикрывались от нее и от всего остального мира. У отца на стороне уже четыре года была другая женщина, а мать давно подсела на гормональные таблетки, которые сделали из нее безвольную и апатичную особу. Когда брак дал трещину, родители отправили Веру во Францию с бабушкой, чтобы она не видела происходящего и уже через месяц Вера приехала в опустевший дом. Мать положили в лечебницу и Вере пришлось переехать с отцом из Москвы в Нижний Новгород – к месту, где располагался головной офис его компании. Это был очередной удар для Веры, ведь теперь она не могла видеться с Агором Аркануа, который жил в столице вместе с дядей Игорем. Вера общалась с ним по «Скайпу» почти каждый день. Часто Вера плакала, сетовала на судьбу, нарекала себя неудачницей. Говорила ему, что недостойна, говорила, что предательница и трусиха. Агор Аркануа всегда отвечал так: «Кем бы ты себя не нарекала, я с тобой». И это ее успокаивало. Он часто говорил, что летом вернется в Эрдарию. «Отец нуждается во мне. Это трудное время для нашей земли, я знаю, что Лотунный удел страдает. Вернемся домой, сыграем свадьбу», – мечтательно закатив глаза, нараспев говорил он. «Ты наденешь белое с золотом платье, пригласим тысячу гостей, менестрели будут играть три дня к ряду, гости будут танцевать до упаду, чествуя молодых.