Мечом и словом

– Он такой же как и ты… С самого рождения здесь…

– Он дворняга, а я – волк.

– Ой, прекрати уже, – махнула рукой директор. – Ну куда это годится – обрить человека налысо, пока тот спит? Вик, ну что же он сделал тебе плохого?

– Мне? – она прыснула. – Еще бы он мне что-то сделал… Я бы ему не только волосы отстригла бы…

– Послушай, – Лидия Васильевна с тяжестью вздохнула и стянула очки, положив их на стол. – Сегодня только среда… А ты у меня в кабинете уже четвертый раз. В понедельник первый этаж из-за тебя затопило, потом ты подралась… два раза, а теперь это с Антоном.

Мальчик плачет, над ним смеются…

– И пускай плачет, – кивнула Вика. – Я же говорю – дворняга. Ему только и скулить остается.

– Это ни в какие ворота не лезет, девочка моя…

– Я не ваша девочка, – Вика поморщилась. – Я ни чья…

– Я ведь о тебе заботиться хочу, хочу чтобы как лучше…

– Как лучше? – насупилась Вика. – Отпустите меня на свободу, вот так лучше.

– Ты еще ребенок! – всплеснула руками Лидия Васильевна. – Тринадцать лет! Какая свобода? Тебя удочеряли уже четыре раза… Ничего не получается… Убегаешь, врешь, хулиганишь… Ну, куда это годится, когда ребенка обратно в детдом из семьи возвращают? На моей практике такого никогда не было.

– У меня уже были родители, которые от меня отказались, так зачем мне другие? Не нужны мне эти натянутые улыбки и видимость здоровой семьи… Не мое это… Я одиночка. Так всегда будет и не надо мне навязывать это вот все.

– У тебя еще есть шанс попасть в семью, – не отступала директор.

 – Послушай, не перебивай… Дай сказать. Я вызвала тебя сюда не для того, чтобы журить… Для этого есть заместитель по воспитательной работе, вот с ним и будете обсуждать зачем Антона побрила налысо и все прочие неурядицы, – она сделала паузу и какое-то время глядела на Вику в растерянности. – Сейчас тебя ждет человек, с которым я на связи уже давно. Он хочет удочерить тебя. Именно тебя, Вика. Я не знаю, почему так случилось, но это очень хороший человек, успешный, неординарный, с деньгами. Очень влиятельный и я верю, что именно в этой семье у тебя все получится. Это настоящий шанс, какого больше никогда не выпадет.

– Сколько раз вам нужно повторять – не нужна мне семья! – Вика сжала кулаки и топнула ногой. – Как только мне исполнится восемнадцать, я уйду отсюда и вы больше никогда меня не увидите! А пока оставьте меня в покое или я вам такое устрою…

– Вика, я ухожу… – вдруг вымолвила Лидия Васильевна и Вика насторожилась, сгустила брови.