Сообщество живых теней. Книга четвертая. У самой черты

– Десять! – ответил Джейсон, откровенно раздосадовавшись в душе, – это количество устроило бы моих сотрудников, и могло бы решить поставленную задачу.

Прекрасное до этого настроение полковника Коллинза резко сменилось на мрачные ощущения. Он был искренне расстроен тем, что несколько дней назад Брайан почему – то отказал в этих дронах своему русскому коллеге Белову, и тем самым нарушил клятву, данную им еще на первом же заседании тайного сообщества живых теней.

– Как жаль, что такой боевой, мужественный и без преувеличения порядочный человек, каковым его знали все друзья и соратники, оказался на деле не совсем благонадежным, – думал он, стараясь при разговоре с ним скрыть свою досаду.

Однако слова, сказанные Брайаном в конце беседы, заметно изменили выражение его лица, и откровенно удивили, заставив уважать бравого американского генерала еще больше. Его заключительная фраза прозвучала, как укор обидам и сомнениям, как самого Джейсона, так и его всезнающего и невероятно прозорливого шефа.

– Нет проблем, парень, десять, так десять! – заявил Ник, уверенным голосом, – но сначала мне предстоит переправить семь экземпляров Криса генералу Белову, похоже, у них там скоро намечается жаркая заварушка. А послезавтра, ты непременно получишь и свой заказ. Ты представляешь, Джейсон, еле отбился сегодня от правительственной комиссии, которая на протяжение целой недели вынюхивала что – то в моем городке, облазила здесь все углы и отсеки, и бесцеремонно копалась в бумагах бухгалтерии!

После недолгого разговора с Брайаном, полковнику стало реально стыдно за свои мысли о его непорядочности.

Он положил трубку, посмотрел молча на Грэга, который внимательно слушал их беседу, и отвел от него свой явно виноватый взгляд.

– Как же все – таки хорошо, что мы с тобой ошиблись, генерал, дав этому поистине настоящему джентльмену сомнительную характеристику, – сказал он, заметно, повеселев, – Брайан все же остается человеком чести, достоинства и верности данному однажды слову настоящего офицера.

Я полагаю, что сомнений в его искренности и благонадежности у нас обоих больше не может быть, а стало быть. вопрос о нем закрыт.

– А ведь я чуть было не позвонил ему час назад, – произнес Адамс, тихим голосом, выдохнув с явным облегчением, – хотел откровенно пристыдить его за отказ предоставить Белову эти беспилотники. Что – то чересчур мнительный я стал, Джейсон, старею, наверное.