Сообщество живых теней. Книга четвертая. У самой черты

Вы ни с кем не должны связываться по телефону, и забыть на время все свои контакты, которые обрели здесь, в Англии, а также те, которые были у вас ранее. Послезавтра, к десяти вечера, вам позвонит один из наших сотрудников, и скажет, что делать дальше. Вам все ясно?

– Хорошо, мистер Адамс, я сделаю все так, как вы мне велели, – ответил Аль Фейсал, уже вполне бодрым и даже веселым голосом, поднявшись вслед за генералом со стула, – рисковать в моей ситуации было бы полным безрассудством. обещаю, что с этого часа запрусь здесь, и до вашего сигнала ни с кем не буду поддерживать никаких связей.

– Ну, что, ахи* (Брат – араб.), располагайся здесь по своему усмотрению, и отдыхай, пока позволяет время, – произнес Джейсон, едва его шеф вышел за дверь, – продуктов в холодильнике достаточно. Все мясо, что в нем лежит – это Халяль, и куплено в лавке у наших местных мусульман, так что, не бойся готовить себе обед.

Перед выходом полковник вновь напомнил Аль Фейсалу о личной безопасности, памятуя о печальной истории с семьей Егоровых, попрощался с ним за руку, и вышел из квартиры.

– Мистер Джейсон, прошу вас, задержитесь на секунду, пожалуйста, есть дело!

В тот же миг, он буквально скатился по перилам вниз, и вытянул перед Коллинзом ладони, в которых заблестел внушительный кусок золота с зашлифованными углами.

– Это вам, дорогой мой брат, – произнес иракец, все с той же детской улыбкой, – поверьте, это от чистого сердца, в знак, так сказать, особого к вам уважения.

Джейсон посмотрел на него с улыбкой, взял угловатый блестящий кусок золотого слитка, переложил с одной руки в другую, а затем вытянул слегка вперед на ладони.

– Я думаю, если конечно не ошибаюсь, здесь будет грамм триста, не так ли? – сказал он, серьезным голосом, оценив на вскидку вес драгоценного металла.

– Вы совершенно правы, мистер Джейсон, в нем действительно ровно триста граммов, – ответил Мохаммед, довольный, что угодил человеку, благодаря которому его жизнь менялась на глазах, – должен заметить, что у вас превосходный глазомер.

Полковник посмотрел вновь на блестящий металла с полным равнодушием, повертел его снова в руках, и уставился на радостного Мухаммеда недовольным взглядом.