Сообщество живых теней. Книга третья. Зигзаги судьбы

Она восторженно отозвалась о своей неутомимой помощнице Изабель, которая заменила ей и сестру и подругу, а через паузу заверила его в том, что ей стало значительно лучше, и уже самостоятельно прогуливается по дому и саду, но под ее чутким наблюдением.

В конце беседы она с радостью отметила, что выглядит теперь прекрасно, уверенно возвращается к своей прежней форме и ей не хватает сейчас только любимого мужчины. Ее звонкий и нежный голос по-прежнему очаровывал Джейсона. Он представлял себе в мыслях ее несравненный образ и божественное тело, закатывая от удовольствия глаза, и вновь погружался в сказочные мечты, которым никогда не суждено было сбыться.

Общение с любимой женщиной сразу же придало ему невероятных сил и энергии, которых хватило бы ему сейчас, чтобы свернуть любые, даже самые неприступные горы. Настроение его резко улучшилось, подмяв под себя преследовавшую его до этого тоску. В глазах появился прежний блеск. А суровое выражение лица сменилось на улыбку. И именно в этот миг ему захотелось сделать что – то очень хорошее, и не только для себя.

– Хочешь полететь со мной в Лондон? – спросил он вдруг, повернувшись к Марку, и подмигнув ему с лукавым прищуром, позаимствованным у своего шефа.

Впервые за все время их скудного, сдержанного и настороженного общения друг с другом, Кульчицкий неожиданно расплылся в детской улыбке. Затем весь передернулся, робко пожал своими худыми плечами, и уставился на него с явным недоумением.

– Что вы имеете в виду, мистер? – вырвалось у него, каким – то неестественным голосом, – о каком Лондоне вы только что сказали, или мне показалось?

После небольшой, но многозначительной паузы, Джейсон прошелся по комнате, заложив руки за спину, уселся затем в кресло, закинув ногу на ногу, и снова пристально вгляделся в глаза своего растерянного собеседника, у которого вдруг заходили желваки.

– Я имею в виду то, что не хочу отправлять тебя в тюрьму, парень, – сказал он, спокойным голосом, – Наверняка ты понимаешь, что за все, что ты натворил, тебе светит не менее ста лет заключения, а попав за решетку, просто сгниешь в камере.

Реакция Марка была мгновенной. Глаза его вдруг ожили, и забегали по орбитам. На бледных щеках просветлевшего лица появился румянец. А голос его заметно повеселел.