Неудержимость IX

Ты отказываешь… Вернее, не отказываешь! Но не хочешь… Не принимаешь меня! Ой…”. Ах вот отчего она так мялась и рделась, она стесняется произнести слова о близости. И похоже, что и подумать о сексе ей даже стыдно.

Но я ошибся в своих суждениях, так как вмиг её лицо напряглось, веки тяжело нахмурились, а губки надулись и Фира пылко процедила: “Но это легко поправимо. Я заставлю тебя! Научу тебя угождать…!”. “А ну стоп!”, – повысил я голос, попытавшись высвободить свои руки из её хваток, но она завелась не на шутку, вследствие чего её сила возросла.

И я решил, больше не нянчиться с ней. Проявив крылья, я взмыл в небо, но даже таким рывком я не смог высвободиться из её рук и она повисла на мне. А через пару взмахов крыльев, где-то на двадцати метрах над землёй, мы и вовсе зависли в воздухе на одном месте. Крепкие лианы, обхватив её тело, не позволяли Фире подняться со мной выше, а она, вцепившись в меня, уже не давала лететь мне.

Я взглянул вниз на неё, отметив, что она стала полностью красной, даже её листья на голове, и выкрикнул: “Отпусти!”.

“Но почему?!”, – непонимающе обиженно воскликнула Дриада, а затем, переступая через свою гордость, оскорблённо возопила: “Ты хотя бы представляешь, сколько смертных желало меня?! Почему Ты?! Зачем Ты отталкиваешь меня?!”. Чёрт, всё это бесполезно! Она психопатка. И к тому же теперь уязвлённая. Я накинул на себя Боевую Форму и её пальцы под моими размерами расцепились. Тем не менее она не упала вниз, а осталась, закреплённой и подпираемой снизу лианами, висеть на месте. Но мои крылья теперь не могли удержать мой вес и размер, поэтому я проявил крылья, которыми ни разу до этого не пользовался, Крылья Абиса. И всё вокруг меня потонуло в ярком переливающемся свете голубых и красных красок. Размеры же новых крыльев, сменивших перьевые грифоновские, были просто циклопическими. Сделав ими небольшой взмах, я отлетел от Фиры и завис над ней в воздухе, поглядев на неё сверху вниз. Дрэйда, заворожённо смотрящую на меня, прижимала одну ладонь к сердцу, а вторую руку тянула ко мне, будто желая схватить мой силуэт. Я взревел, оглушая рокотом всю видимую ойкумену и, кувыркнувшись в воздухе, помчал к другому лесу. Я, конечно, пока не полноценный дракон в его физическом проявлении, но уже очень близкое к нему существо.

Ландшафт долины пролетал подо мной стремительно и вот уже я приближался к её северо-восточной кромке, где начинался окантовывающий всю равнину могучий лес.