Формула Цветка

Остальные напряженно вглядывались в имитацию космоса внутри круга. Затем оторвалась Снунит и встретилась с ним взглядом. Они улыбнулись друг другу. За ней пришла в себя Ди, и только в конце прояснился взгляд Порто. Радужный шар исчез. Порто посмотрел на Диану с немым вопросом: «И что дальше?»

Для Зонда исчезли все остальные, остался экран с надписью: «Выберите воспоминание» – и лица троих друзей. Зонд выбрал Снунит.

Зонду всегда казалось, что в ней есть странность, она как будто работала ради высшей цели. Не за власть в команде, не за рейтинг у клиентов, не за деньги, он знал, что она зарабатывала меньше других.

В играх она отвечала за поддержку игрока, появлялась в виде высшей силы, эльфа или феи и помогала вернуться в контекст истории, найти выход. Если клиент упирался, она становилась его «высшей добродетелью» и целый этап сопровождала, показывала трюки или помогала решать задачи. В игре про зомби Зонд работал с ней в паре. Он нападал как можно чаще, чтобы игрок привык атаковать и защищать сначала себя, потом и их обоих.

Подъезд

Снунит выходит из здания игрового центра. На улице темно, но уже светает. Воспоминание записано, как будто через масляную прослойку, с разводами и чуть ускоренно. Она идет в полной тишине, нет звуков улицы, ветра, шагов, машин. Нет щелчка зажигалки, когда она прикуривает. Баг системы, наверно, нужно будет сказать разработчикам. Или мы думаем без звука, поэтому так записывается воспоминание? Снунит проходит через Петровский парк по аллее рядом со стройкой.

Желтые фонари подсвечивали аллею с обеих сторон. Снунит оглядывается по сторонам – ни души. Переходит через дорогу и заворачивает во двор. Она пролезает под шлагбаумом, останавливается, достает из рюкзака ключи и газовый баллончик. Теперь она идет медленнее, и вся картинка плывет медленнее. Вдруг появляется шум листьев, гомон птиц, но громче всего учащенно стучит пульс. Она открывает дверь в подъезд и встряхивает баллончик. Следующая дверь. Из темноты на нее смотрят глаза на грязном лице.

– Доброе утро.

– Доброе утро.

Она боится этого человека, это знают оба. Он улыбается, во рту у него нет ни одного зуба. Она медленно идет к лифту, хотя разумнее было бежать по лестнице. Лифт открывается, и она заходит внутрь. Время замедляется. Лифт стоит с открытыми дверями так долго, что можно рассмотреть лицо грязного человека со свалявшимися волосами, его бордовые щеки и нос, вздувшиеся вены на фиолетовых руках, грязь под ногтями огромных опухших кистей.