В твоих руках и Цепи станут Жемчугом

Но сейчас Беатрис чувствовала, что балансирует на грани. Она может дать возможность своему внуку вновь увидеть краски этого мира и лица своих детей перед неизбежным концом или оставить его умирать с пустой оболочкой чувства выполненного долга. Человеческая жизнь полна противоречий и дилемм, а иногда смерть – это не самое страшное, что может нас настигнуть.

Медленно развязав повязку, закрывающую глаза и оберегающую их от излишней перегрузки во время восстановления тканей, Беатрис передала ее в руки сидящему рядом Айзеку, тоже наблюдающему за процессом.

И она была бесконечно благодарна ему за то, что он не стал путаться под ногами и пытаться читать нудные нотации про то, как это противоестественно, о том, что ей не стоит испытывать судьбу. Пренебрежение какими бы то ни было авторитетами, жажда действий и авантюр, это, казалось, мутировавшее со временем чувство снова охватило ее за то время, что она провела в стенах родного дома.

– Открывай глаза… медленно, не торопись.

– Я еще никогда не чувствовал себя так хорошо… – откликнулся Герман, все это время послушно сидевший с закрытыми глазами.

Морщины вокруг них будто разгладились, оставив лишь небольшие бороздки в уголках, а сухость и потемнения на коже спали, омолодившись на года. Дрогнув веками, мужчина все же приоткрыл глаза, медленно и нерешительно переводя взгляд из стороны в сторону.

– Ну, как?

– Пока никак… Подожди, дай освоиться.

Боже мой…

– Что такое… – поморщилась Беатрис, стиснув зубы, больно уж искренним был его восторг.

– Я… ты и вправду так похожа на мою мать…

– Неужели на этом свете нашлась женщина, что смогла приблизиться к такому совершенству. – все же усмехнулась девушка, облегченно выдохнув, когда поняла, что их эксперимент удался, – Может и вправду, у моего сына были не все дома. У тебя глаза Теодора… – заметила Беатрис, склонив голову на бок.

– В этом ты права, уж точно… не все.

 – ответил мужчина, обводя прищуренным взглядом комнату, – Спасибо тебе, дорогая Беатрис, я и мечтать не мог о таком…

– Я так и знала, что никакая она не Белинда из Австрии… – раздался хмурый голосок Линды со стороны дверей. – Дедушка, что здесь происходит?

– Вот шельма, все-таки устроила подпольное расследование. – добродушно рассмеялся Герман, протягивая руку к внучке, – Подойди-ка сюда, потолкуем.