Женщина моря

– Чего еще я мог ожидать от внучки хэнё! Вы презираете патриархальные устои и не уважаете мужчин! – повысил голос господин Ким, угрожающе нависая над девушкой.

– Мужчин, достойных уважения, мы уважаем. – Сона не дрогнула, понимая, что это битва характеров, и если она сейчас проиграет, то потеряет все.

Секунду они сверлили друг друга взглядами, а затем господин Ким отступил и опустил голову.

– Хорошо, – вздохнул он. – Не хотелось прибегать к крайним мерам, но, похоже, придется. Если ты не откажешься от Ухена, он никогда не сможет играть в баскетбол.

И неважно, что мне придется для этого сделать. Даже переломать ему ноги. Я не позволю, чтобы ты крутилась возле моего сына. Выбирай!

Глаза Сона потрясенно расширились, и в этот момент она поняла, что битва проиграна. Ухен грезил этой мечтой, это было его самым заветным желанием. Он тренировался, не жалея себя, приходил в зал даже больным и говорил, что без баскетбола не сможет жить. Казалось, его отцу было наплевать, чем занимается сын, но, оказывается, он прекрасно знал о его страстном увлечении.

И сейчас откровенно шантажировал этим Сона. Она понимала, что в случае отказа господин Ким сдержит свое слово и перекроет сыну кислород – для этого у него было более чем достаточно возможностей, – а Ухен, к сожалению, не обладал ни твердостью, ни характером, чтобы сопротивляться авторитету отца. И, если по вине Сона Ухену придется отказаться от мечты, что станет с их любовью? Сможет ли он смотреть на нее с прежней теплотой и нежностью? Или будет всегда винить ее в том, что ему обрезали крылья?

Сона было всего двадцать, и ей предстояло сделать первый и самый сложный в ее жизни выбор.

И она выбрала мечту Ухена. Мечту, которую он так и не смог осуществить.

Это воспоминание отравляло ее жизнь семь лет. Она мучилась сомнениями, правильно ли поступила тогда. Стоило ли рассказать Ухену? Но это могло испортить не только его будущее, но и их отношения с отцом, и Сона отступила. Нашла какой-то нелепый предлог и уехала в Сеул, пытаясь забыть обидные слова, которые наговорил ей на прощание Ухен:

– Ты эгоистка, которая всегда думала только о себе! Я был для тебя помехой, и теперь ты просто нашла повод, чтобы наконец избавиться от меня!

Если бы только этот идиот знал! Но она не сказала ему тогда, а сейчас раскрывать правду было уже поздно.

Раздираемая прошлым, настоящим и будущим, Сона все-таки задремала и сквозь забытье слышала, как встала бабушка и, громко топая, стала куда-то собираться.