Светить, любить и прощать

Господи! Куда делась та вредная девчонка, которая нам проходу не давала? А? Ты, Нинка, прямо королевой стала! Глаз не оторвать!

Он закатил глаза, изображая полный восторг:

– Богиня!

Нина довольно улыбнулась и опять кинулась его обнимать:

– Ой, Мишка! Как же я тебе рада… Как же я соскучилась! Сто лет тебя не видела.

Михаил, подняв палец, ее поправил:

– Секундочку! Ни сто, а всего-то три года? Или два? Представляешь, не помню….

Тут Нина вдруг спохватилась:

– Ой, что же я… От радости совсем разум потеряла! Мишка, подожди же! Подожди! Познакомься… Вот.

Нина повернулась направо и жеманно указала рукой на даму, все еще стоящую вполоборота:

– Это Кира – моя лучшая подруга. Самая-самая лучшая. Самая близкая и родная. Вот, знакомься.

Михаил, наконец, послушно обернулся к женщине, скромно стоящей позади Нины, глянул и обомлел…

Улыбка медленно сползла с его лица.

Рядом с Ниночкой стояла дама удивительной красоты. Именно, удивительной. Нельзя сказать, что ее внешность была выдающейся, яркой или поражающей воображение, но что-то в ее облике сквозило такое, что заставляло затаить дыхание, подтянуться, расправить плечи и, робко подняв глаза, лишь почтительно взирать на это редкостное сочетание скромности, изящества, обаяния и, очевидно, ума.

Ниночка, сразу заметив, как изменилось лицо Михаила, хитро прищурилась и, одобрительно кивнув, весело проговорила, азартно щелкнув пальцами:

– Вот-вот, милый мой… Вот! И я о том же! Хороша, да? Ну, давай-давай, знакомься, что ли… Чего покраснел, как девка на выданье? А?

Она расхохоталась, очень довольная произведенным эффектом.

Кира же, чуть растерявшись, неловко покачала головой и первой протянула руку мужчине:

– Ой, да не слушайте Вы эту болтушку… Здравствуйте, очень приятно! Я – Кира.

Михаил, остолбеневший и от сумасшедшего натиска Нины, и от сногсшибательной внешности Киры, чуть запоздал с ответным пожатием. Ниночка, заметив и это, опять захохотала, толкнув его в бок:

– Да приди же ты в себя! Увалень… А еще профессор!

Мужчина, очнувшись, принял протянутую руку и, выдохнув, улыбнулся:

– Ой, простите мне мою оплошность… Я очень рад.

Кира хитро улыбнулась:

– Почему же… Мы встречались. Правда, очень давно. Лет десять или двенадцать назад…

Михаил, изумившись, не поверил:

– Неужели? Но этого быть не может! Это невозможно.