Старомодная девушка

И, позвонив в колокольчик, глава семейства велел прибежавшей служанке препроводить злополучный букет по назначению.

– А тебя, Полли, – обратился он к гостье, – прошу подавать пример моей глупой дочери.

– Меня? – растерялась та. – С удовольствием, сэр. Но что я могу?

– Просто знай, что чем сильнее она станет походить на тебя, тем больше я буду рад, – ответил ей мистер Шоу. – И надеюсь, нам никогда больше не придется возвращаться к сегодняшнему неприятному разговору. Ну все, – махнул он рукой. – Идите.

Девочки поспешили покинуть библиотеку, и мистеру Шоу действительно больше не пришлось возвращаться к этому неприятному разговору. Ему, но не Полли, которая выслушала от Фанни столько всего в свой адрес, что даже всерьез вознамерилась как можно скорее уехать домой.

Опустим здесь щедрый поток упреков и обвинений, которые обрушивала в течение нескольких следующих дней разъяренная Фанни на голову подруги. Вам и самим, вероятно, легко догадаться, что можно сказать, когда вы считаете, что ваше доверие обманули и выболтали ваш секрет.

Хоть Полли никому и не жаловалась, Том догадался о том, что произошло, и, решительно приняв ее сторону, стал причиной конфликта номер два.

– А где Фан? – спросил этот молодой джентльмен, заглянув в комнату сестры.

– Внизу. К ней гости пришли, – объяснила Полли, лежавшая на диване с интересной книжкой в руках, которой пыталась утешиться от всех свалившихся на нее бед.

– А ты почему же не с ними? – задал ей новый вопрос мальчик.

– Потому что Трикс мне не нравится, а этих ее друзей из известных нью-йоркских семейств я и вовсе не знаю, – внесла ясность Полли.

– Уж сказала бы прямо: не хочешь знать, – усмехнулся Том.

– Это невежливо, – продолжая читать, откликнулась Полли.

– Зато честно, – возразил ей Том. – Слушай, давай-ка чем-нибудь развлечемся.

– Нет, я хочу почитать, – перелистнула страницу она.

– Это невежливо, – ехидно произнес Том.

Полли фыркнула и опять погрузилась в книгу. Том сперва начал что-то тихонько насвистывать, а затем с тяжким вздохом схватился за лоб, на котором все еще был наклеен пластырь.

– Голова опять заболела? – кинула на него тревожный взгляд девочка.

– Ужасно, – подтвердил хитрюга Том, который за время болезни прекрасно научился извлекать выгоду из своего ранения.