Сомниум

Мне было совершенно наплевать, что он обо мне думает.

Я засмотрелся на орла, который планировал, широко раскинув мощные крылья. Он был так высоко, что, казалось, птица едва двигается. Я знал, что это обман зрения и орел летит на огромной скорости.

– Почему ты такой угрюмый? – вдруг спросил новичок.

– Знаешь, пора перейти от болтовни к действиям, – очнулся я. – Ты же собираешься сегодня поесть? Стадия Обнуления благополучно миновала.

Он вопросительно посмотрел на меня.

– Так что вот, держи, – сказал я, протягивая ему четырехконечное копье.

Он неуверенно взял его в руку где-то рядом с основанием.

– Смотри, как нужно держать.

Я передвинул его правую руку на конец копья, а левую установил посередине.

– Теперь делаешь, как я тебе показывал. Подожди! Не мельтеши! Надо притаиться и подождать.

Мы замерли. И в этот же момент отрывистое стрекотание цикад сменилось на оглушительный свист. Новичок поморщился, сделав несчастное лицо. Я сердито посмотрел на него. Через несколько минут цикады залились сиреной.

Вскоре я заметил рыбу.

– Вот и добыча! Целься! – шепнул я.

Он послушно прицелился в крупную рыбу, но медлил, не совершая никакого действия.

– Кидай же!

Он в ужасе смотрел на уплывающую добычу, занеся копье.

– Нет, Аэр, я не смогу этого сделать, – вдруг выдавил он, опуская руку.

– Да и поздно уже! Как долго ты планируешь жить за чужой счет? – спросил я в недоумении.

– Я не знаю, но это сильнее меня! – пролепетал он, отрицательно качая головой.

«Ну и слюнтяй же ты», – подумал я.

Когда кто-то все делает за тебя, очень легко быть благородным.

Вдруг он подпрыгнул над водой и с воплем устремился в сторону берега.

– Там змея! В воде есть змея! – крикнул он.

Я последовал за ним на берег, меня переполняло презрение к его трусости. Когда мы оба оказались на земле, я молча подошел к нему и внезапно засадил кулаком в нос. Его голова отклонилась влево. Он инстинктивно провел рукой по воздуху, будто хотел заблокировать происходящее на эйрскрине своего Персонализатора.

Тогда я нанес еще один удар с другой стороны. На этот раз он вскрикнул и схватился за свой нос, в чем я увидел уже больше здравого смысла, чем в предыдущем действии.

Новичок удивленно смотрел на меня. Вопреки моим ожиданиям, попытка растормошить его не увенчалась успехом. В парне не оказалось ни капли инстинкта самосохранения. Настоящая размазня! Хотя в этом нет ничего удивительного, он продукт безопасного Интеллектуального мира.