Главная партия для третьей скрипки

В три приема. Вот так, на весь объем легких. Поняла?

– Это… наркота? – с ужасом спросила Арина.

– С ума сошла! Это березовая кора.

– Врешь.

– Береза – символ России. Однако сильно недооценена. Поверь: цепляет потрясающе. И хмель приятный, легкий.

– Нет, я не буду.

– Значит, никогда не найдешь.

– Кого?

– Ты постоянно рыщешь здесь, в лесу. Значит, кого-то потеряла, – ухмыльнулся он.

Краска бросилась в лицо. Откуда он знает?

Арина пробормотала:

– Я просто катаюсь на лыжах.

– Не ври мне, я сейчас просветлен.

И взгляд – мутный, властный. Исподлобья.

Снова протянул сигарету, и Арина, хотя когда-то обещала маме не прикасаться к токсинам – а как еще эту березовую кору назвать?! – послушно затянулась. На сей раз по правилам. Глубоко.

В первую секунду не почувствовала ничего. Потом вдруг в лицо ударила кровь, в мозгу застучало приятными молоточками. Парень показался ужасно милым.

А дальше случилось чудо.

В лесу, всего метрах в десяти, мелькнула такая знакомая мамина сиреневая куртка.

Арина поспешно сунула сигарету мальчишке и бросилась за ней.

– Ты куда? – крикнул вслед парень.

Она не обернулась. Мама! Рядом, здесь.

«Арина, прекрати! – уговаривал разум. – Тебе показалось. От этой коры — совсем ум за разум».

Но девушка все разгонялась и разгонялась. В ушах свистел ветер. Где-то вдалеке звенел мамин голос: «Арина, быстрее! Я тебя жду!»

Погоня продолжалась с километр, а потом мама обернулась, помахала ей рукой и растаяла в воздухе.

Арина остановилась. Поморгала. Все.

«Действие березовой коры кончилось», – ехидно констатировал разум.

«Но я видела ее!» – упорно отозвалась она.

И уныло поплелась назад.

До поляны, где встретила курильщика, добиралась почти час. Не сомневалась: мальчишка давно ушел. Но нет: все еще сидит. Совсем повалился на дерево, глаза закрыты. Куртка, шапка припорошены снегом. Смеркалось, метель усиливалась. Что с ним? Накурился до смерти?

Арина с опаской приблизилась, тронула за плечо:

– Эй, ты живой?

Бледные, подернутые синевой губы пробормотали:

– Селедка… я в прекрасном, солнечном мире.

Руки ледяные, на щеках белые пятна.

– Ты замерзнешь! Умрешь!

– Нет, янтарь-девушка. Я просто уйду в другой, лучший мир.

Арина растерянно оглянулась. Шесть вечера. Тьма кромешная. Черные купы елей нависают над головой. Мобильник то и дело вылетает из зоны приема. Снега – по бедра, а то и глубже.

– Как ты пришел сюда?

– По воздуху.