На краю света

Но она же уже не могла отступить? Всякий раз, как она думала про Джима в его квартирке в Илинге, признающегося, что лучше бы это был он вместо Сэма, Мэри чувствовала, как у нее снова и снова разбивается сердце. Она должна изничтожить эти мысли у него в голове, одну за одной.

К сожалению, состояние финансов Мэри означало, что весь «побег» будет сведен к поездке на выходные, которую она и планировала теперь каждый вечер после работы в общественной библиотеке неподалеку от «Стормонта». Библиотека, конечно, была далеко не личным кабинетом (на что и намекало ее название), но все равно это было в разы лучше, чем старенький компьютер, притулившийся в углу гостиной О’Конноров – где каждый сидящий рядом, мог поинтересоваться, чем это занимается Мэри.

Насколько она знала, никто из братьев пока не был в курсе, что на сцене появился мужчина, и ей хотелось бы, чтобы это так и оставалось. Они с Джимом встретились чуть больше шести недель назад, и их счастье было все еще слишком драгоценным, чтобы делиться им.

Мэри прикинула, что может выделить на эту поездку 200 фунтов, и даже это полностью опустошит кубышку ее накоплений. Эти средства не оставляли большого выбора в смысле места, и в конце концов она остановилась на том, где уже бывала раньше: Портраш, курортный приморский городок на побережье Антрима. Теперь, когда начались занятия в школах, там будет довольно тихо, ведь это далековато от туристских троп, на диком побережье. И дешево, хотя она должна была бы понимать, что в самом дешевом жилье должна таиться засада.

Мэри попыталась припомнить описание, прилагавшееся к хорошо сделанным при ярком освещении фотографиям, – на ум приходили слова «романтично», «уютно», «оригинально».

Но между позитивным настроем и ложной рекламой – большая разница. Она забронировала пять ночей. Жилье состояло из одной комнаты: узкая двойная кровать у дальней стены, стиснутая по краям двумя высокими шкафами, кухонный стол, практически упирающийся в изножье кровати так, что среднего размера гость мог бы достать свой утренний тост пальцами ног.

Ни ванной, ни туалета вообще было не видать.

– Я лично всегда любил писать на улице.

Джим обхватил Мэри рукой за талию и попытался повернуть к себе. Она упиралась. Как, как она умудрилась так все испортить? Да еще притом что ставки так высоки? Злость на мошенников из компании по аренде сменилась желанием плакать. И Джим совсем разочаруется в ней, увидев такое, когда она должна быть сильной за них обоих.