Я тебе обещала?

За большим столом в однокомнатной квартире, напиханной рухлядью-антиквариатом от многочисленных уехавших родственников-знакомых, оказывались вместе давние приятели из Геленджика, куда возила прозрачную Наташу в далеком прошлом, школьные и институтские подруги, с которыми делилась вся жизнь, многочисленные ученики с примкнувшими половинами, сопоходники и много кто еще.

Зарабатывая на пропитание дочери, так и не вышла замуж, хотя романов было – не счесть.

Мужики останавливались, предлагали подвезти, завидев ее в красной плотной юбке.

А главное – глаз, с драйвом. И никакой фитнес был не нужен: держалась на плаву благодаря походной юности и неисчерпаемой энергии.

Они познакомились, когда Нюше было лет двадцать пять, она пришла в школу, перепоручив своего третьего годовалого ребенка маме. Нина сразу подлетела после педсовета: «Ну, в оранжевых сарафанах у нас здесь не ходят, чай, заведение серьезное… А личная жизнь тебя совсем не заботит, раз в школу пришла? Мужик у нас один – Александр Корнеевич.

Видела? К тому же антисемит».

Нина первая подсказала Нюше, воспитанной на кинофильме «Девчата» и прочих немеркнущих идеалах молодости, что секс и любовь не всегда бывают вместе, и, можно сказать, почти никогда. От этого, правда, желание идеального не стало меньше. Стремление к невозможному – важный двигатель был для Нюши, даже уже не в юном возрасте.

Обзаведясь довольно оперативно большой семьей, привыкнув готовить на ораву – двухлитровые кастрюли просто не водились за ненадобностью, – Нюша не могла не удивляться наличию полноценного обеда с компотом при отсутствии жаждущих (дочка уже была далеко) в Нинином холодильнике со стильной надписью «ЗИС».

Закрутить огурцы, компот и не считать содеянное за добродетель было для нее нормальным.

Нина кормила всех обстоятельно, легко передвигаясь с сигаретой по своей демократичной кухне с веревочками вместо выключателей.

Именно к ней Нюша приехала, узнав о своем диагнозе. Просто побыть на этой кухне, где висит календарь в полстены с американской тонюсенькой внучкой, растянувшейся в шпагат. Здесь они с Оксанкой, Людой жгли под Новый год или после, как получится, бенгальские огни, кричали «ура!». И всем было хорошо, и проблем никаких не было, а был только хохот и хохот.

Нина первая обо всем узнала, еще до Андрея.