Университетские будни

Например, он всякий раз пытался указать Маргарите Михайловне на нелогичность ее поведения, и всякий раз ему доставалось от Маргариты Михайловны по полной программе.

Воздвиженский стонал и жаловался Щукину.

– Да напрасно ты вообще в разговор влез! – говорил Щукин. – У тебя хоть раз в жизни получалось объяснить что-то женщине?

– Нет, – сказал Воздвиженский. – Наверное, я просто плохой оратор.

– Нет, ты хороший лектор и оратор неплохой, – успокаивал его Щукин. – Но есть очень хитрая штука.

Называется «предварительное объяснение». То есть женщина знает уже все ответы заранее, а ты покушаешься на это ее знание. Мешаешь ей испытывать чувства. Вот и отгребаешь. А свои мнения она завтра и сама переменит. Ты просто сразу ощущай, куда Марго клонит, и сматывайся.

Дверь распахнулась от пинка. Подошла Маргарита Михайловна и стала слушать, о чем они говорят. Щукин и Воздвиженский торопливо замолчали.

Тогда Маргарита Михайловна вздохнула и произнесла:

– Вы думаете, это я больная? Это вы двое сильно здоровые!

Щукин и Воздвиженский молчали.

Маргарита Михайловна еще раз вздохнула, толкнула дверь и ушла.

БАЗОВЫЙ ЭЛЕМЕНТ

Профессора Щукина попросили провести семинар для писателей. Он пришел и сказал:

– Есть семь базовых элементов, завязанных на инстинкты и околоинстинкты. Это:

1. еда (кулинарные книги);

2. размножение (ромфант, любовный роман и проч.);

3. здоровье («Морковный сок как рецепт долголетия», «Мой друг кишечник» и т.

д);

4. любопытство \ книги типа «как все устроено» или энциклопедии животных;

5. любопытство со страхом \ книги ужасов;

6. книги-мотивации \ книги про спорт и мотивацию \ истории успеха \ лайфхаки;

7. Книги, нарушающие любые табу.

Любая успешная книга – это выстрел в один из инстинктов. Это уже давно поняли и западные писатели, и наши. Но западные особенно хорошо поняли. Они хорошие математики и все делают по правилам, а когда по правилам работаешь – это всегда в целевую аудиторию попадает.

Но, правда, 90 процентов книг все равно мертвые, потому что писатель симулирует. То есть пока книга в целевую аудиторию летела – она где-то по дороге подохла, но читатель может и не заметить, если не особо опытный.

Пятый и седьмой типы книг, на мой взгляд, вредны. Седьмой тип – самый скверный тип. В нем создается наибольшее количество опаснейших романов.