Осколок

Я не согласен. Марина – это главное, что было в этой жизни. Это яркий луч, который мелькнул, озарил мое мрачное однообразное существование и ослепил, заставив тянуться навстречу к нему, идти вслед за ним. Одна-единственная женщина, которую я любил. И которую не уберег, за что и получил сполна. По справедливости.

И лишь ее дети, которые теперь уже стали совсем взрослыми людьми, напоминают мне о том, что я по-прежнему жив. Мы видимся, мы дружим, мы интересуемся друг другом. И я рад, что это так. Ведь это маленькая победа при огромном списке неудач – то, что мы не потерялись.

Я понимаю, что они не могут быть со мною часто – у каждого из них своя сложная, суматошная, современная, молодая жизнь. Но они все еще помнят, что станет для меня лучшим подарком на день рождения. Это, конечно, их визит.

Первым, как всегда, приходит Артем. Один долгий звонок в дверь.

На секунду я закрываю глаза и пытаюсь представить его себе.

Нет, снова то же самое. Вихрастый курносый мальчишка шести лет с огромными мамиными глазами.

Деловитый, любознательный. Его звонкий голос слышится не очень часто. Молчун. Мужчина. Обязательный, добрый, справедливый. Матросский костюмчик и напряженное от ожидания лицо в объективе. «Сейчас вылетит птичка!» – объявляю я и строю какую-то смешную рожицу. Он стеснительно улыбается в ответ, не зная еще, что эта улыбка сохранится в фотоальбоме его матери на долгие-долгие годы черно-белой карточкой.

Как обычно долго добираюсь до прихожей, дрожащими от волнения руками отстегиваю цепочку и щелкаю замком.

Какое может быть «Кто там?»

Глаза. Вот первое, что я вижу.

Волшебство. Время вновь повернуло вспять.

Глаза Марины на его лице. Тот же чудной нос. В остальном мне опять трудно узнать Артема, хоть мы виделись всего несколько месяцев назад.

Улыбающийся мне великан в темно-сером костюме. Несколько секунд мы молча смотрим друг на друга в легком изумлении.

– Привет, дядя Коля! – наконец звучит его чуть хрипловатый голос.

– Привет, дядя Коля! – тут же пропищал в моей памяти тоненький голосок мальчишки, спрятавшегося за юбкой мамы Марины.

Снова не могу заставить себя поверить. Вот старый кретин.

Помедлив, растерянно отступаю от двери, пропуская Артема внутрь. Не свожу с него зачарованных глаз. И только когда он делает шаг в открытую дверь, я будто просыпаюсь.

– Привет, Артем…

Крепкая мужская ладонь стискивает мою. Объятие. Легкий запах табачного дыма, одеколона и машинного масла. Совсем мужчина.