Финал

В противном случае он бы преследовал меня всю ночь.

– Давай колу с лаймом, – ответила Ви.

Я пошла в сторону бара, а убедившись, что Ви не наблюдает за мной, юркнула, пригнувшись, в коридор, а оттуда через черный ход вышла наружу. Улица была залита голубоватым лунным светом. Впереди был припаркован красный «Порше Панамера», Данте стоял, прислонившись к нему и скрестив свободно руки на груди.

В Данте было больше чем метр восемьдесят росту, а фигура – как у солдата спецназа. Кажется, на его шее было больше мускулов, чем во всем моем теле.

Одет он был в свободные штаны и белую льняную рубашку, расстегнутую на груди почти до середины и открывающую в V-образном вырезе гладкую, безволосую кожу.

– Неплохая машина, – сказала я.

– Она хорошо знает свое дело.

– Как и мой «Фольксваген», только он не в пример дешевле.

– Чтобы быть машиной, нужно чуть больше, чем просто четыре колеса.

Тьфу ты.

– Ладно, – я выставила ногу вперед. – Так что за срочность?

– Ты по-прежнему встречаешься с этим падшим ангелом?

Он задавал мне этот вопрос уже третий раз за сегодня – дважды в сообщениях, а теперь вот лицом к лицу.

Мои отношения с Патчем всегда были сложными и знали много взлетов и падений, но сейчас как раз тенденция была обнадеживающая. Хотя, конечно, проблемы у нас были: в мире, где нефилимы и падшие ангелы скорее умрут, чем улыбнутся друг другу, встречаться с падшим ангелом означало абсолютное «ни-ни».

Я слегка выпрямилась.

– Ты знаешь ответ.

– Но ты будешь соблюдать осторожность?

– Осторожность прежде всего.

Нам с Патчем вовсе не нужен был Данте, чтобы понимать: от публичного проявления чувств лучше воздерживаться. Нефилимы и падшие ангелы никогда не упускают возможности проучить друг друга, а отношения между ними накалялись все сильнее с каждым днем. Сейчас ведь осень, а если точнее – октябрь, и еврейский месяц Хешван наступит всего через несколько дней.

Каждый год во время Хешвана падшие ангелы завладевают телами нефилимов и вольны делать с ними что угодно.

А поскольку это единственная возможность для ангелов испытать чувственные, физические ощущения, их фантазия не знает предела. Они используют тела нефилимов, словно паразиты, не чураясь любых доступных удовольствий и даже боли. Поэтому для нефилимов Хешван – это чудовищное испытание.

Если нас с Патчем застанут держащимися за руки те, кто не должен этого видеть, мы дорого за это заплатим.

– Давай поговорим о твоем имидже, – сказал Данте.