Зависим от тебя

Мать сопровождала Роуз на каждой балетной репетиции, даже пропускала семейные ужины, чтобы посмотреть на выступления дочери. Она сама могла легко пройти отбор в шоу «Мамы в Танце».

– Ах, да, – говорит Дейзи. – Мне пятнадцать, помнишь? Скорее ад замерзнет, чем она позволит мне провести Неделю моды в одиночестве. Ты что, не знала этого?

– Я как-то не в теме.

– Мягко сказано, – встревает Роуз.

Поппи улыбается.

– Не вредничай, Роуз. Ты отпугнешь Лили еще на несколько месяцев.

Мы все знаем, насколько «милой» может быть моя сестра.

Тем не менее я люблю Роуз все больше. Может быть, потому что мы ближе по возрасту или потому что она активно пытается быть частью моей жизни. Я вижу ее чаще, чем кого-либо еще.

Губы Роуз сжаты, иногда она подносит к ним свой коктейль.

Дейзи обвиняюще указывает на меня пальцем.

– Ты два месяца не была на воскресных обедах! – Она изучает меня, будто выискивая раны. – Почему тебя еще не прихлопнули?

– Я тоже задаюсь этим вопросом, – прерывает Роуз.

 – А меня готовы распять, если хотя бы один обед пропущу.

– Преимущество от знакомства с Хейлом, – говорит Поппи на этот раз с некоторым сожалением.

При звуке своей фамилии Ло крепко сжимает пальцы на спинке моего стула. Я тяжело сглатываю. Поппи годами убеждала наших родителей одобрить ее парня и принять его в семью. Поскольку на счетах Сэма едва ли было шестизначное число, мои родители опасались, что парень заинтересован лишь в наследстве Поппи. Мой отец нанял его в «Физзл» несмотря на то, что у Сэма был только аттестат о среднем образовании и единственная строчка в резюме гласила о работе в забегаловке.

В конце концов мой отец узнал о доброжелательных намерениях Сэма и одобрил брак. А впоследствии и мама тоже.

Теперь где-то здесь бегает маленькая копия Сэма с темными волосами и яркими голубыми глазами. Поппи чаще улыбается, и материнской теплоты у нее больше, чем у нашей собственной матери. Но она никогда не забудет их недоверие к Сэму и все, что с этим связано, даже если опасения родителей были обоснованны.

Ее негодование рикошетом летит в мою сторону, так как мать с отцом легко восприняли наши с Ло отношения.

– Если бы я только мог поменять свое имя, непременно сделал бы это, – говорит Ло, и атмосфера в помещении накаляется пуще прежнего.

Поппи говорит:

– Какое-какое имя, напомни?

Настроение начинает улучшаться. Девочки посмеиваются над Ло, но смех лучше, чем напряженные мышцы и беглые взгляды.