Забвение

– Ты слышала, – она не сводила с меня внимательного взгляда. – Патч.

Как я ни старалась, мне не удалось убрать с лица выражение растерянности и неуверенности, которое вызвали во мне ее слова.

– Ну-ну, – произнесла Марси, и вид у нее при этом почему-то не такой уж и радостный, а ведь ей удалось застать меня врасплох.

Я знала, что нужно уйти. Но то, что со мной произошло – эта вспышка «узнавания», – буквально пригвоздило меня к полу. Может быть, если я продолжу этот разговор с Марси, память вернется. Может быть, на этот раз вспышка будет более долгой и я смогу извлечь из нее хоть что-то.

– Ты так и будешь стоять и «нукать» или все же хотя бы намекнешь?

– Патч дал тебе кое-что в начале лета, – без всякого вступления сообщила она. – Это принадлежит мне.

– Кто такой Патч?

Я наконец смогла взять себя в руки. Этот вопрос казался неуместным, но я не могла позволить Марси застать меня врасплох снова. Пять месяцев – слишком большой срок, вряд ли можно преодолеть это расстояние за время короткого визита в женский туалет.

– Парень, с которым я встречалась. Летний романчик.

Внутри у меня вскипела волна, подозрительно напоминающая ревность, но я поспешила подавить в себе это чувство. Нас с Марси никогда не интересовали одни и те же парни. Все то, что нравилось ей – наглость, невежество и эгоизм, – у меня не вызывало никакого интереса.

– И что он мне дал?

Я знала, что пропустила очень многое. Но в этот раз она зашла слишком далеко, утверждая, что ее парень мог дать что-то мне.

– Ожерелье.

Радуясь, что на этот раз мне не надо выкручиваться, я одарила ее триумфальной улыбкой:

– Знаешь, Марси, то, что твой парень подарил украшение другой девушке, характеризует его не с лучшей стороны. Да он тебе изменял!

Она откинула голову назад и расхохоталась так искренне, что я почувствовала беспокойство.

– Я даже не могу определить, плакать нужно или смеяться, глядя, как ты блуждаешь впотьмах.

Я скрестила руки на груди, демонстрируя раздражение и нетерпение, но на самом деле внутри у меня царил ледяной холод. Холод, который не имел ничего общего с температурой тела. И я даже не собиралась с ним бороться. У меня появилось неприятное предчувствие, что эта стычка с Марси – только начало, только первое, самое слабое испытание из тех, что ждут меня впереди.