Круг

Безвольнов вырвал и его. На секунду он замялся, перевел дух, а потом сделал с ним то же, что и со всеми остальными – сжал и кинул в зеленые волны чистой реки. Больше ничего не осталось. Белоснежные страницы блокнота, хранящие в себе родные строки, писанные не рукой, а душой, медленно растворялись среди камней и воды.

Он проснулся. Сердце так и заходило бешенным стуком, но не оно его тревожило. Антон потянулся и стал ощупывать лопатки: он был почти уверен, что ощутит кровоточащие раны. Конечно же, ничего подобного не могло быть.

Он смахнул ладонью остатки сна с примятого лица, встряхнул полысевшую голову и поплелся на кухню.

За окном было еще темно. Холод пронизывал до костей и уговаривал вернуться в постель, но с будильником не поспоришь – время собираться на нелюбимую работу.

– Всего три дня, а потом снова выходные, – уговаривал себя мужчина.

Сначала его это даже подбодрило, но потом внутри что-то щелкнуло, и он осмотрелся. Почему он здесь? Нет, разумеется, он помнил, как нашел эту квартиру по объявлению в соцсетях и как договорился об аренде, но он не понимал, почему находится именно в этой точке пересечения времени и пространства; как он допустил, чтобы сложилось так, как сложилось.

О жизни Антона Безвольного нечего рассказать. Она была точно такой же, как и сам Безвольнов, скучной и угрюмой, а все ее дни пугающе предсказуемы. Вот, например, проснувшись сегодня, Антон точно знал, что съест на завтрак яичницу, выпьет дешевый растворимый кофе, который по запаху больше напоминал не кофе, а жженый цикорий, наденет привычную одежду и отправится той же самой дорогой, что и в предыдущие семь лет, на работу, которую терпеть не мог.

По истечении месяца таких унылых дней он получит зарплату. Да, это довольно радостный момент, когда счет на банковской карте растягивается и заманчиво подмигивает, призывая сразу же потратить его на что-нибудь эдакое для души, вроде фастфуда на вынос и пива, а может чего и покрепче, и уже только потом платить по долгам и счетам, чтобы с нового месяца начать все сначала. Все по кругу. И неважно за окном зима или лето, дождь или солнце, но в семь утра, по звонку будильника, все снова повторится. Тоска.

Впервые за очень много лет, Антон вдруг решил что-то предпринять, стряхнуть с себя пыль и изменить наконец убогую жизнь. Воодушевлённый собственным желанием, он бодро шагнул к зеркалу, но встретившись со своим отражением, помрачнел.