О чем молчат ангелы

Так ли это, вы не знаете? – Я не могла поверить, что стою тут и собираюсь нарушить закон. В последние дни я часто вела себя необычно. Сначала темной ночью поехала к Патчу в какое-то сомнительное заведение. Теперь намерена залезть в его школьное досье. Что со мной не так? Нет – что не так с Патчем? Почему, когда речь идет о нем, я не могу удержаться от глупостей?

– Да-да, – важно подтвердила секретарь. – Все лекарства должны быть зарегистрированы. Кабинет медсестры вон там, третья дверь налево, напротив архива личных дел.

 – Она указала рукой на коридор позади себя. – Если медсестры нет, можешь посидеть на кушетке у нее в кабинете. Она скоро вернется.

Еще одна фальшивая улыбка. А я-то так надеялась, что все окажется не настолько просто.

На пути по коридору я несколько раз останавливалась, чтобы обернуться. За мной никого не было. В приемной звонил телефон, но до моего темного коридора звук доносился глухо, как из другого мира. Я была совсем одна и вольна делать, что вздумается. Я остановилась у третьей двери налево, глубоко вдохнула и постучала, но темное окно ясно свидетельствовало о том, что внутри никого нет.

Я толкнула дверь. Она неохотно поддалась, со скрипом открывая взгляду маленькую комнатушку, выложенную видавшей виды белой плиткой. Мгновение я стояла в дверях, почти желая, чтобы пришла медсестра и у меня не осталось иного выхода, кроме как зарегистрировать таблетки и убраться восвояси. Торопливый взгляд напротив выцепил дверь с надписью «Архив личных дел». Там тоже было темно.

Я сфокусировала внимание на ноющей где-то в глубине сознания мысли. Патч утверждал, что не ходил в школу в прошлом году. Я была почти уверена, что он врет, но если нет, то есть ли вообще у него дело? По крайней мере, рассудила я, у него должен быть домашний адрес. Карта прививок, оценки прошлого семестра. И все же. Маячившее на горизонте отстранение от занятий казалось слишком дорогой ценой за возможность заглянуть в карту прививок Патча.

Я оперлась плечом о стену и посмотрела на часы.

Ви сказала мне ждать сигнала. Сказала, я его не пропущу. Отлично.

Телефон в приемной снова зазвонил, и секретарь подняла трубку.

Покусывая губу, я еще раз бросила взгляд на дверь с надписью «Архив личных дел». Очень может быть, что дверь заперта. Личные дела учеников, наверное, считаются секретной информацией. Не важно, что за диверсию устроила Ви – если дверь заперта, мне туда не попасть.

Я перевесила рюкзак на другое плечо. Еще одна минута утекла.