О чем молчат ангелы

Я вытянула папку из переполненного ящика. Секунду я держала ее в руках, пытаясь убедить себя, что ничего особенно ужасного в том, что я собираюсь сделать, нет. Ну и что, если там личные сведения? Как соседка Патча по парте и партнер по заданию, я имею право все знать.

Коридор снаружи заполнился голосами.

Я раскрыла папку и оторопела. Не может такого быть.

Голоса приближались.

Не глядя, я засунула папку обратно и толкнула ящик, который с грохотом задвинулся в шкаф. Я повернулась и замерла. По другую сторону стекла стоял застывший на месте директор и пристально смотрел на меня.

О чем бы он ни говорил группе, которая, кажется, состояла из всех лучших игроков школьной команды, это вылетело у него из головы.

– Прошу меня извинить. Я на секунду, – услышала я. Группа торопливо прошла дальше. Он не двинулся с места.

– Здесь нельзя находиться ученикам, – сказал он, открыв дверь.

Я попыталась сделать беспомощное лицо.

– Простите, пожалуйста. Я пыталась найти кабинет медсестры.

Секретарь сказала, третья дверь направо, но я, наверное, перепутала… – Я подняла руки вверх. – Я потерялась.

Прежде чем он успел заговорить, я схватилась за застежку рюкзака.

– Мне надо зарегистрировать вот это. Таблетки железа, – объяснила я. – У меня анемия.

Мгновение он испытующе смотрел на меня, наморщив лоб. Я буквально видела, как он про себя взвешивает альтернативы: торчать тут и разбираться со мной или разбираться с угрозой взрыва. Он указал подбородком в сторону выхода.

– Все должны немедленно покинуть здание.

Он придержал распахнутую дверь, и я проскользнула под его рукой, пытаясь изобразить широченную улыбку.

Часом позже я прокралась в угловую кабинку мексиканского ресторана на углу Дрейк и Бич. На стене надо мной висели керамический кактус и чучело койота. К столику тут же поспешил человек, рост которого, казалось, был меньше, чем ширина его сомбреро. Бренча на гитаре, он пел мне серенаду, пока официантка несла меню. Я нахмурилась, прочитав надпись на обложке.

«Граница». Я здесь раньше не обедала, но название было мне смутно знакомо.

Ви подошла сзади и плюхнулась на стул напротив.

За ней по пятам следовал официант.

– Четыре чимиса, побольше сметаны, начос и черные бобы, – сказала Ви, даже не заглянув в меню.

– Один красный буррито, – добавила я.

– Отдельный счет? – спросил он.

– Я за нее платить не буду, – сказали мы с Ви хором.

– Четыре чимиса, – повторила я, когда официант ушел.