Мой стокгольмский синдром

Вряд ли из него понадобится хоть что-нибудь, но Вике об этом знать необязательно. Как и о моих планах вернуться раньше. В аэропорту я долго махала ей из-за стекла в зоне досмотра, пока не объявили посадку на рейс. Перелет был тяжелым – в соседнем кресле надрывно плакал младенец, – и к моменту приземления единственное, о чем я мечтала, это о возможности поспать. Волоча за собой тяжелый чемодан, я направилась к выходу из терминала. В толпе встречающих мелькнула табличка с фамилией «Селина». Отлично, добралась.

Вместо приветствия улыбающаяся девушка протянула мне распечатку:

– Интервью будет завтра, а пока проверьте, пожалуйста.

Я замерла, удивленно рассматривая собственную анкету. Д. И. Селина. Возраст: двадцать четыре года. Рост: один метр шестьдесят восемь сантиметров. Цвет глаз: карий. Тип волос: брюнетка. Длина: средняя. Мать: прочерк. Отец: прочерк. Наличие других близких родственников: прочерк.

Похоже, Вика заполнила ее за меня. Вот только об интервью предусмотрительно умолчала.

Неужели мне придется общаться с психологом? Негодуя, я попыталась позвонить подруге, но ее сотовый находился вне зоны действия.

– Данные корректны? – уточнила девушка, забирая лист.

– Да, но…

– Чудесно, – она взяла меня за локоть, отводя в сторону. – Тогда пройдите в автобус – нужно отдохнуть после самолета.

Усталость брала свое, и я не стала упираться. Незачем слоняться по аэропорту в ожидании обратного рейса. Уехать из санатория можно в любой момент.

Сделаю это на свежую голову.

В автобусе чемодан загрузили в багажное отделение и предложили мне чай. Я с благодарностью взяла пластиковый стаканчик и откинулась на спинку кресла, осматриваясь. После перелета ни на что другое не осталось сил. Вокруг были не менее сонные лица, в основном иностранцев, явно страдающих от разницы во времени. Глядя на них, я стала зевать чаще, и в итоге меня совсем разморило.

Я открыла глаза, когда за окном проплывали полуразвалившиеся дома неизвестной деревни.

Отправив Вике сообщение и не получив ответа, я задремала и вновь вывалилась из сна, когда уже совсем стемнело. Автобус сворачивал с шоссе. Группу высадили у отеля без вывески, больше похожего на частный дом. Ноги подгибались от усталости, голова гудела. Оказавшись в номере, я рухнула на кровать. Ужин принесли следом за чемоданом. Я вырубилась, не успев толком поесть.

Все утро голова была словно ватная.