Гуру – конструкт из пустот

Библейски выражаясь – возроптал, ведь всякому известно, когда ребёнку что-то запрещают- он возмущается тому факту, что его ограничивают. И тогда мудрые стратеги – родители, прикинув все "за" и "против", решили – войны не будет:

– Женись, сынок, раз так хочется!

Вот такой облом "на характер" постиг великовозрастного аксалотля – ему организовали свадьбу масштаба "чтоб не стыдно, всё – как у людей!".

В означенный день всё было как и обещано – по людски: гости, ресторан, прекрасная невеста – дипломированный врач, вся в белом… Салаты, музыка, родственники из Нежина прикатили.

Мы уже касались темы гостей, когда обсуждали трудности празднования Дня рождения – смешивать разномастных гостей нельзя: родственники, мажоры, бомжеватые – всех в разные дни по разным углам и стандартам меню. Но вот же, блин, свадьбы и похороны из этого распорядка жёстко выпадают. Невозможно кого-то пригласить на другой день или в другое место.

Поэтому именно на свадьбах и похоронах происходят самые неожиданные и многочисленные знакомства: "Ой, он мне о вас много рассказывал!" Все персонажи, наконец, встречаются и воочию видят героев многочисленных рассказов, анекдотов и жалоб предлога встречи, а за одно и рассказывают друг другу о нём самом то, что он забыл им поведать, начиная от третьего года жизни, когда его сажали на горшок, а он упирался: "В горшок не буду, буду рядом!"

Короче, гости собрались, салаты настрогали, музыканты гитары подключили и… И тут произошла небольшая заминка, о которой есть разноречивые, но сходящиеся к одному сведения – жених на свадьбу не прибыл.

Что ж, когда мы берём незрелого человека и даём ему шикарный джип, то он не может не топтать людей. Не бывает такого. Так и с социальными правами. Дайте аксолотлям право голосовать – они вам наизбирают фриков, дайте им право создавать семью и они с ним поступят… дивиантно.

Вариант жениха сводился к тому, что к нему утром пришёл двоюродный брат, он же – дружок на свадьбу:

– Ты и вправду хочешь жениться?

Гуру сильно призадумался и вытащил из себя свой первый великий самоанализ: "Я делаю это скорее в протест к родительскому запрету". О, ужас! Ведь он просто спорил о принципиальном вопросе: "Они не имеют право мне что-то запрещать!", а по ходу спора оказался в новом костюмчике на пороге ЗАГСа.