Красная строка. Сборник 3

Фадеева «Начать всё сначала» с подзаголовком «о скитаниях двух верлибристов по ЛИТО "эпохи застоя"» рассказывает о действительно баснословной эпохе конца семидесятых-начала восьмидесятых, когда как грибы после дождя невесть откуда появлялись разнообразные литобъединения и прочие клубы по интересам, в том числе и такие ныне прославленные (о них давно уже пишут и защищают диссертации!) как ЛИТО «Московское время» во главе с Бахытом Кенжеевым, Сергеем Гандлевским, Александром Сопровским. Все они, как и автор данного эссе, и ваша покорная слуга, да, наверное, и многие другие, прошли через студенческие общежития, ставшие источниками вдохновения.

Об этом заключительный верлибр Михаила Фадеева:

КОМНАТА

Тот кто здесь жил до меня

не оставил мне

никаких инструкций

мне самому придется узнать

в каком месте скрипят полы

и хороши ли соседи

опозданием на работу

я заплачу за сведения

о расписании местных столовок

тот кто здесь жил

вставал по будильнику

и убегал с портфелем до вечера

жуя на ходу

подолгу курил у окна

(пеплом забиты щели)

в привычной задумчивости

(оправдание нелюдимости)

детей в этой комнате

не было

Тот

кто жил до меня

мне оставил лишь право

начать всё

сначала

Вы заметили? Согласно правилам жанра, в верлибре отсутствуют знаки препинания и, что для нас сейчас особенно важно, после слова сначала нет ни многоточия, ни точки.

По завету поэта мы тоже не будем ставить точку в конце альманаха «Красная строка» № 3 и оставляем за собой право начать всё сначала

О любви.

Рассказы

Александр Анохин

Точка на карте

1. Оля Изосимова

Ерохин медленно шагал по улице засыпающего села. Оно стало привычным за год. Спешить некуда – в пустой квартире его никто не ждал. Высоко в небе светили августовские звёзды. Тишину изредка прерывал короткий лай собак. На скамейках тут и там сидели парочки.

Девичий вскрик раздался совсем рядом, в переулке. Фара мотоцикла освещала застывшую фигуру девушки.

Мотоциклист держал ружьё и что-то бубнил пьяным голосом. Ерохин, не раздумывая, подбежал, рванул ствол кверху. Раздался выстрел, сбивший ветки высокого тополя, мотоцикл упал. Парень оказался крепок, и Ерохину пару раз досталось. Подбежали ещё люди, пьяного скрутили, увели.

Ерохин, ещё разгоряченный схваткой, подошёл к девушке. Её била нервная дрожь. Он накинул ей на плечи пиджак, вызвался проводить. Она довольно быстро успокоилась. Её звали Оля, Оля Изосимова.