Лекарство от боли

А ты красавица! Хочешь, с жинкой своею тебя познакомлю? И сразу фотографию Саше пошлем…

– Дяденька, идите, куда шли, но без меня. Не мешайте уроки учить, а? – попросила польщённая Наташа. – Мне ещё и тринадцати нет.

Но мужчина не унимался. Он сидел на ступенях, разглядывая девочку, и вдруг всхлипнул, посмотрев в окно:

– Эх, вы! Я для вас всё, а вы… Жинка: бу-бу-бу! Начальник, Филиппыч, премию зажал, скотина. Саня редко пишет, только когда надо денег ему прислать… И ты туда же! Душа болит… вот и пришёл к напарнику пол-литра раздавить.

 – Он заплакал. – Эх, вы, редиски! Помру вот – пожалеете, да поздно будет.

Мужчина всхлипнул ещё раз, вытер слёзы ладонью и успокоился.

Наташа отложила карандаш в сторону, понимая, что уроки делать дальше вряд ли удастся.

– Знаешь, какой у меня сын красивый? Бицепсы – во! Весь в батю. Не упусти, а то локти кусать будешь… Давай, сматывай удочки, и пойдем!

Наташа напряглась, во рту пересохло, всё же она нарочито спокойно убрала тетради в портфель, украдкой наблюдая за незнакомцем.

А мужик, спустившись ниже, галантно протянул руку.

Крикнув: «Отстаньте! Идите домой!» – она увернулась и побежала вверх по лестнице мимо неудавшегося свёкра.

Сквозь стекло она увидела его, уходящего по двору, распахнула окно и в спину задорно крикнула: «Эх, вы! Эх, вы! А сами-то! Даже имени не спросили!» И сразу захлопнула окно, прячась за стеной.

Наташа представила себя в убранстве невесты рядом с красивым солдатом и улыбнулась, а потом вприпрыжку сбежала вниз и у квартиры встретила брата.

Не теряя времени, переоделась, на ходу перекусила и с лыжами поспешила в лес.

Увы, соревнования уже закончились, и ученики разошлись. Девочка взглянула на заходящее солнце, вздохнула, а потом, не мешкая, вставила ботинки в крепления, запомнила время на часах, висящих у входа на базу проката, и резво побежала по размеченной и накатанной лыжне.

Вскоре Наташе стало жарко. Остановившись, она расстегнула молнию куртки, осмотрелась и нечаянно заметила под ближайшей ёлкой водочную бутылку.

И вспомнила случайного незнакомца на лестничной площадке. Всплыли в памяти грубые натруженные руки, слеза, стекающая по небритой щеке… и пуговица от пальто, держащаяся на последней нитке.

Мысленно она погладила его по этой натруженной руке… и рванула коньковым ходом, навёрстывая потерянное время.

Первая любовь

Наташа надела сиреневую юбку с бордовой водолазкой, придирчиво осмотрела себя в зеркале и осталась довольна.