Мама, прости. Повести и рассказы

Светлана молча налила, поставила перед ним чашку с чаем, снова села. Отхлебнув пару глотков, Максим хриплым голосом, спросил:

– Что тут у вас случилось, чего ревёшь-то? Он попытался обнять жену, но та увернулась, пересела ближе к матери. Анна Сергеевна заговорила тихо, но внушительно, с лёгким нажимом в голосе:

– Максим, что с тобой происходит? На жену твою смотреть больно, какая она измученная. Когда ты брал её в жёны, ты обещал любить и беречь её; обещал сделать её счастливой.

А что теперь мы видим? Запил, не думаешь ни о Светлане, ни о детях. Дошло, до того, что вместо работы в загул отправился, ты что?

Светлана страдальчески смотрела на мужа, соглашаясь со словами матери, тихо плакала. Максим слушал, не перебивая и тоже, кажется, соглашался с высказываниями тёщи. Наконец, он сделал знак, слегка приподняв руку, и заговорил:

– Анна Сергеевна, я и сам не знаю, что происходит. Помните, когда Света Степана родила, я тут собрал парней дома, и мы выпивали?

Анна Сергеевна кивнула, осторожно взглянув на дочь.

Та удивлённо посмотрела на мужа, на мать, но ничего не сказала. А Максим продолжал:

– Так вот, это были мои одноклассники. Я случайно встретил их в парке, поделился радостью – сын родился! А они убедили меня, что рождение сына необходимо обязательно обмыть, такое событие нельзя оставлять незамеченным, надо, чтобы в памяти яркий след остался. Я и пригласил их, угостил хорошо, сам-то я не собирался пить с ними, но разве они отстанут, вы, Анна Сергеевна, были здесь, и всё сами видели.

Светлана, молчавшая до этих слов, посмотрела на мать вопросительно:

– Мама, почему ты мне ничего тогда не рассказала?

– Не хотелось расстраивать тебя дочка, боялась я, что ты молоко потеряешь, Степана нечем будет кормить. Да и показалось мне, что всё на этом и кончилось.

– Нет, Анна Сергеевна, не кончилось.

Стали мы с этими ребятами встречаться в дружеской компании, сначала изредка, потом всё чаще и чаще. Я и сам не заметил, как втянулся. А теперь уж, наверно, поздно что-нибудь исправлять. Сам не знаю, что делать. Свету, Катюшку и Степана я очень люблю. Но как только начинается гудёж, забываю обо всех и обо всём. Я ведь сегодня даже на работу не ходил.

– Знаем мы об этом, – тихо, задумчиво проговорила Светлана, – директор звонил.