Красно Солнышко

Монах показывал на предмет, а кто-нибудь из отроков громко говорил значение слова на родной речи. Брендан старательно повторял до тех пор, пока не получалось правильно. Вскоре к ним подсел Путята. Внимательно слушал. А там и сам князь присоединился.

– Спроси его, Путята, а почему он так нашей лодье удивился?

Жрец улыбнулся:

– Это я и без вопроса знаю. О кораче же я тебе рассказывал?

– Да.

– Вот и Брендан был удивлён, увидев столь большой и быстрый корабль, построенный из дерева. Римские каторги он видел.

Но они не подходят для плавания на большие расстояния. Слишком много съедают и выпивают рабы, гребущие на вёслах. Да и не приспособлены те корабли для дальних плаваний. И осадка мелка, и груза много не возмёшь. А у нас – паруса ветер вольный раздувает, а коли нет его, так воины вёслами ходко гребут.

– А если ветра долго не будет, Путята?

– Позовём. Будет у нас ветер-ветрило паруса светлые надувать, кораблик наш к цели великой неся, поручение племён славянских помогая исполнить.

Отроки переглянулись – спросить? Что же такое дружине ранее на землях славянских неслыханное делать велено? Но сидящий молча Брячислав полоснул острым взглядом обоих, и слова застряли в горле. Впрочем, жрец, обменявшись незаметными взглядами с князем, сделал невидимый юношам жест за спиной, и князь произнёс:

– Край мира ищем. Как нам заповедано.

– Край мира?!

– Он самый.

– А мы не упадём? В бездну проклятую?

– Не упадём. – Жрец раскатисто рассмеялся: – Сие – выдумка.

Нет никакой бездны. Точнее, есть. Где грешные души врагов наших прозябают. Но уж точно не там, куда мы идём. Ладно. Отдыхайте. Вам ночью море смотреть.

– А…

– Брендан? Да ничего. Пусть тоже ложится. Ему сегодня досталось…

Путята перевёл, и монах, с благодарностью посмотрев на князя, склонил перед ним голову, но тот нахмурился:

– Скажи ему, чтобы забывал такое делать. Не принято это у нас. Ибо мы – равны друг перед другом.

Развернулся, ушёл к кормщику, остановился над миской с маслом, где плавал кораблик игрушечный, что-то поясняя кормщику, тот понятливо кивал.

…Брендан не солгал. Через десять дней похода Храбр, сидящий на мачте, первый заметил вдалеке туманное облачко и закричал во всю глотку:

– Земля! Справа по борту – земля!

Дружинники, свободные от вёсел, столпились на носу, вглядываясь в горизонт, пока наконец подошедшие ближе лодьи не дали возможность рассмотреть им виднеющиеся вдали зубчатые вершины острова.