Опасная штучка

– У тебя есть музыка?

– Конечно. Проходи и выбери что-нибудь на свой вкус.

Она проследовала за ним, восхищаясь его плавными, мужскими движениями. Вот человек, который ходит в спортзал. Без сомнений. Какая идеальная задница. Будь Тара в клубе, то, возможно, даже ущипнула бы его.

Он передал ей ноутбук, и Тара пролистала несколько музыкальных списков. Вкус неплохой. Небольшая доработка не помешает, но, в общем, все вполне сносно. Она выбрала что-то трендовое, беспроигрышное, отступила и почувствовала, как басы заполняют пространство.

Майкл. Она повернулась. Он смотрел на телефон и хмурился. Затем положил его на барную стойку и взглянул на Тару. Что, черт возьми, происходит?! Требовательные темные глаза вперились прямо в нее, и под этим взглядом Тара чувствовала себя беззащитной, возбужденной, опьяневшей, задыхающейся.

– Все в порядке?

Он кивнул, подошел к ней:

– Отлично. Только от Анжелики ничего не слышно. – Залпом осушил стакан. – Обновить?

– Обязательно.

Она последовала за ним в бар. Стояла и наблюдала, покачивая бедрами в такт балеарской мелодии. Очень даже неплохо. Вообще, она никогда не любила домашние вечеринки. Толпы гостей, громкая музыка, сильное похмелье. Обязательно. Но было что-то милое и успокаивающее в том, как он передвигался по дому, наливал ром и выглядел так сексуально.

– Ты часто здесь бываешь?

Он покачал головой, закручивая крышку на бутылке с ромом:

– Один, может, два раза в месяц. Но это временно.

Тара открыла рот. Потом закрыла. Все шло хорошо, и, возможно, единственный раз в жизни ей стоит держать язык за зубами. В конце концов, это не ее дело.

– Твое здоровье, – сказал он и коснулся ее стакана своим.

Она чокнулась, избегая смотреть ему в глаза. Но Майкл как будто догадался о ее страхах. Очень странно! Он рассмеялся.

– Я больше не буду на тебя смотреть, мистер. Ты творишь странные вещи.

Он снова засмеялся.

– Какие вещи?

– Вещи…

Ее голос постепенно затих. Майкл протянул руку и накрыл пальцы Тары своими поверх стакана. Огонь и лед. А потом она позволила разжать и опустить свою ладонь.

Его рука коснулась ее щеки, пальцы нежно заскользили по коже. Тара закрыла глаза и задрожала, словно сдерживая волну. А потом сдалась – в тот самый момент, когда могла бы остановить все это.