World of Warcraft. Темный прилив

Когда воины Света ушли на вечернюю молитву, Лотар повернулся к казавшемуся пожилым магу.

– Ну? – спросил он. – Что ты о них думаешь?

Кадгар нахмурился.

– Я сомневаюсь, что они будут нам полезны, – через некоторое время произнес он.

– Да ну? И почему же?

– У них нет времени на подготовку, – объяснил чародей. – Мы ожидаем, что Орда достигнет Лордерона за считаные недели, если не меньше, а никто из них еще не был в бою. По крайней мере, в качестве паладина. Я не сомневаюсь, что они могут сражаться, но у нас и так много бойцов.

Если архиепископ считает, что они смогут сотворить чудо, то, боюсь, он будет разочарован.

Лотар кивнул.

– Я согласен, – признался он. – Но Фаол в них верит, и, возможно, нам тоже стоит поверить. – Воин улыбнулся. – Допустим, они вдруг окажутся готовы, – какого ты о них мнения?

– От Утера Орде точно не поздоровится, – ответил Кадгар. – Но я не думаю, что он сможет руководить другими воинами, за исключением самих же паладинов. Он слишком благочестив, и его вера раздражает.

Солдаты этого не вынесут. – Лотар кивнул, показывая своему спутнику, чтобы тот продолжал. – Сайдан и Тирион такие же. Сайдан был рыцарем, а Тирион – воином, но они глубоко ушли в религию. Из-за этого они могут побояться действовать так, как поступили бы, оставаясь воинами.

Лотар улыбнулся.

– А Туралион?

– Наименее религиозный из всех, и потому в моих глазах он выше остальных, – с улыбкой признал Кадгар. – Он учился, чтобы стать жрецом, и он преданный последователь учений Церкви, но его не ослепляет фанатизм, в отличие от других.

А еще он дальновиднее их всех, и ума у него побольше.

– Я согласен. – Лотара молодой жрец тоже впечатлил. Туралион сначала говорил немного, и через несколько секунд стало понятно почему. Он был наслышан о подвигах Лотара в Штормграде и, похоже, восхищался им. Воину стало неловко, но он не в первый раз сталкивался с подобным отношением. Еще дома многие молодые люди боготворили его, молили стать их наставником и принять в личную стражу.

Но когда Туралион поборол застенчивость, он показал себя смышленым молодым человеком с гибким умом. Он больше своих товарищей ценил хитрость и не воспринимал мир лишь в черно-белых тонах. Лотару он сразу понравился, и то, что Кадгар думал так же, лишь подтвердило мнение воина.

– Я поговорю с Фаолом, – наконец сказал Лотар. – Паладины, несомненно, внесут ценный вклад в наше дело.