ОнЯ

Стремительность, с которой его нескладная фигурка, исчезла в сумеречности выхода магазина, не понравилась мне. “Как будто в прорубь с головой и нет его… Где его родители, что они делают? Наша Светка никогда такой не станет”, – крутил я всю дорогу до дома три этих предложения. Случай неприятно дополнил унылую картину жизни нашего городка. Подобные встречи случались все чаще, или я неосознанно начал больше обращать внимание на такие моменты.

Однотипная серая застройка, состоящая из трех-четырехподъездных пятиэтажек, летом скрываемая зеленью разросшихся во дворах деревьев и кустарников, зимой прямоугольно торчащая всей своей бесчеловечной убогостью сквозь прихотливо изогнутые стволы оголившихся деревьев, вгоняя усталый народ в бессознательную депрессию.

Эти железобетонные многоквартирные бараки, медленно вытягивающие из людей силы и стремление к чему бы то ни было, кроме желания поскорее отвлечься после тяжелой смены перед телевизором за парой литров пива, составляют основную часть города. Обилие пивных и вино-водочных магазинов, только подчеркивает всю бессмысленность существования в системе: серый город – живой придаток химического молоха. Здешние люди, не задаваясь лишними вопросами бытия, живут, тем не менее без надрыва, с какой-то простой, незатейливой сытостью и размеренностью, позволительной людям невысокоинтеллектуального труда, которым повезло родиться в месте, где есть работа, за которую платят деньги бОльшие, чем в соседних городах. Там единственный доход населения составляют пенсии, оклады бюджетников, да зарплаты почтальонов. Похоже в России, за исключением городов-миллионников и нескольких десятков моногородов при успешных предприятиях, практически тотальная гегемония таких вот бедных запущенных городков уже без промышленности, без работы с крошечным числом богатых и остальным нищим населением. Подвижного, делового народа в провинции с каждым годом становится все меньше: некоторые уезжают за границу, прочие в Москву. Остаются такие, кто испокон веков сидели и сидят на одном месте, возделывая свой кусок земли, с рождения и до смерти привычно таща груз провинциальной судьбы, полученный эстафетной палочкой от родителей и предков. И вся разница между людьми заключается только в месте их рождения, определяющем достаток с которым они будут жить. В нашем городе достаток есть. Нефтянка обеспечивает не только работу, но и неплохой заработок. В последнее время к нам приезжает много вахтовиков.