Кризис самоопределения

Чего ж не подать? Мир перевернулся с ног на голову. Кто б мог ожидать такое? Никто.

Внезапно мужчины, к которым всю жизнь приходилось притираться, попали под раздачу.

Задумались о своем поведении.

Пересмотрели свои привилегии.

Актеры, продюсеры, режиссеры – все сделались такие нервные. И произошло это буквально в одночасье. Вернулись вечером домой вразвалочку из своего мира власти и вседозволенности за здорово живешь, с привычной своей борзотой. А тут – бум! – рухнул Харви Вайнштейн, и наутро все они уже двигались крадучись, высматривая репортеров у себя за плечом.

Поглядывали в интернет – проверить, не внесли ли в черные списки и их. Рылись в старых воспоминаниях и раздумывали, не придаст ли какая-нибудь коллега радикально новый оттенок давно задвинутому неприятному инциденту, который мог бы показаться несколько мутным, если посмотреть на него под определенным углом.

Добро пожаловать в мир уязвимости, мужики.

У женщин вдруг появилась какая-никакая сила. Голова пошла кругом.

И когда группа старших женщин, работающих в кино и театре, обратилась к Хейли за подписью под “декларацией о намерениях” по вопросу “повсеместных” домогательств и вседозволенности в британской индустрии развлечений, о которых, если верить этой группе, знали “все” и от начала времен, Хейли с готовностью согласилась.

Был подготовлен радикальный набор рекомендаций по безопасности труда в театре, кино и на телевидении. Заявленная цель рекомендаций – обеспечить безопасное рабочее пространство во всех областях отрасли, чтобы дерзкие, неистовые и бесстрашные творцы могли продолжать экспериментировать, раздвигать границы и излагать свои радикальные, освобождающие истории, получая при этом стопроцентную защищенность, заботу и удобство.

Весь этот документ получил название “Никаких оттенков серого”.

Как раз на встрече, устроенной для медиа и посвященной этой смелой новой инициативе, Хейли попала в заложники к фортуне. Во время круглого стола, последовавшего за фотосессией и вживую транслировавшегося в сеть, Хейли заявила, что целиком и полностью убеждена: внятное и недвусмысленное согласие в любых обстоятельствах, всегда, в индустрии развлечений вопрос самый острый.

“Даже если это просто поцелуй, – сказала она, – это никогда не просто поцелуй. Нет никаких оттенков серого”.

Она действительно в это верила. Еще будет время разобраться с нюансами, потом, а сейчас – революция, в революции же надо прочерчивать линии фронта.