Дорога в Рим

 – Трубить тревогу!

Подняв инструмент к губам, ближайший трубач выдал короткую мелодию из резких повторяющихся нот – и Двадцать восьмой легион тут же пришел в движение: командиры принялись формировать когорты в сомкнутый строй, стараясь дотянуть его краями до соседних, всадники Дейотара – которых набралось едва ли с сотню – нервно сгрудились вместе. К легионерам, сооружавшим валы и рвы, потянулись тесные шеренги тех, кто спешно поднимался со склона: предваряемые командирами, солдаты устремлялись в лагерь и бросались вооружаться щитами и пилумами.

Медленно, пронеслось в мозгу Ромула, слишком медленно…

Основная часть Дейотаровой конницы – призванной дать легионерам защиту, которой теперь так не хватало, – до сих пор не появилась. Тем легионам, что уже добрались до лагеря, нужно найти доспехи, вооружиться и выйти к месту боя – на все потребуется не меньше получаса. За это время Двадцать восьмой перебьют. Окинув взглядом своих, Ромул заметил на лицах то же замешательство. И все же легиону надо выстоять: если они не прикроют остальных, захваченное врасплох римское войско тоже обречено на гибель.

Беззаботный настрой, царивший все утро, разом испарился: необременительное несение караула оборачивалось смертельной опасностью. Притихнув, легионеры наблюдали за понтийским войском, которое медленно, чтобы не измотать коней, взбиралось по склону холма. По прежним войнам с Римом воины Фарнака уже знали, что римские дротики бьют не дальше чем шагов на тридцать или, как сейчас с холма, на сорок и что если баллисты по-прежнему остаются в стенах лагеря, то можно спокойно двигаться вперед.

И у понтийской конницы перед атакой будет вдоволь времени, чтобы выстроиться в боевой порядок. У Ромула при этой мысли мгновенно пересохло в горле.

В рядах Двадцать восьмого повисло напряженное молчание, лишь доносились грозные крики из лагеря, где в спешке готовилось к бою остальное войско. Шесть центурий по восемьдесят человек сольются в когорту, десять когорт составят легион: процедура отработана, нужно лишь время.

Что толку вести в бой неготовую армию – разумный полководец на это не пойдет. Значит, Ромулу с товарищами надо продержаться.

Вскоре до врага оставалось не больше двухсот шагов, Ромул уже мог разглядеть пращников и лучников: одетые в простые шерстяные туники, те походили на наемников, с которыми он бился в Египте. У каждого пращника кожаная сумка со снарядами и две пращи – для ближних целей и для дальних, одна из пращей пока обмотана вокруг шеи.