Спартак. Гладиатор

– Зачем вы явились?

– Государь, мой господин в Италии отправил меня за рабами.

– Это я вижу. Для сельскохозяйственных работ и тому подобного?

– Нет, государь. Мне нужны мужчины, которые могут сражаться на арене, как… – Фортис остановился, пытаясь подобрать слово, но все-таки перешел на латынь, – гладиаторы.

Спартак насторожился. Ему доводилось видеть, как захваченных римлянами военнопленных заставляли биться до смерти ради развлечения тысяч одобрительно вопящих легионеров. Жестокость этих боев смягчалась тем фактом, что победителей нередко отпускали на волю.

Спартак сомневался, чтобы такое случалось в Италии. Неосторожное движение отозвалось в изодранной спине острой болью. Снова закрыв глаза, он принялся дышать сквозь боль.

– Гладиаторы? – Котис нахмурился.

– Да, государь, – ответил Фортис по-фракийски. – Опытные бойцы с разным оружием, сражающиеся друг с другом на глазах у зрителей до победы одного из них. Это первоклассное зрелище. Народ очень любит его.

– Вы используете только рабов? Что в них может быть интересного? – Котис не скрывал презрения.

– Среди военнопленных и преступников, разумеется, можно найти много достойных кандидатов. – Фортис кивком указал на своих пленников. – Но и обыкновенные рабы могут вполне подойти, если правильно их выбрать. Скифы, например, отличаются особой свирепостью, а понтийцы дерутся, как загнанные в угол крысы. Но лучшие из всех – фракийцы. Всем известно, что ваш народ самый воинственный в мире. У нас в Италии говорят «фракийцы хуже снега», а если бы ваши племена объединились, то завоевали бы все прочие народы.

– Медовые речи римлянина! – с рычанием перебил его Котис. – Так ты пришел посмотреть, не удастся ли купить здесь рабов?

– Да, государь, – смиренно ответил Фортис. – Пленников, которых ваши воины могли захватить во время набегов на иные племена, и других. – Он взглянул на Спартака и его товарищей и тут же отвел глаза.

Его интерес не ускользнул от Котиса.

– А эти гладиаторы долго живут?

Фортис снова оценивающе взглянул на Спартака.

Потом посмотрел на Севта и Гетаса и презрительно фыркнул:

– Нет, государь. Лишь малой их части удается протянуть больше года. Остальные вскорости терпят поражение. Раненых и униженных, их казнят на арене, на глазах толпы, жаждущей крови. Потом трупы выволакивают с арены и каждому перерезают горло, на случай если кто-то лишь притворяется мертвым, и выбрасывают на свалку.

Ариадна не сдержалась и тихо ахнула от ужаса.